Книга Неестественная смерть, страница 132 – Лю Сяохуэй

Так он проработал шаг за шагом и спланировал идеальное убийство.

После того, как я закончил говорить, Цинь Вэйган холодно зааплодировал:

— История придумана замечательно! Но, пожалуйста, позвольте спросить, как насчет доказательств?

На какое-то время я потерял дар речи. Я мог строить догадки обо всех его планах, но у нас не было никаких доказательств, чтобы обвинить его. Через 48 часов мы были обязаны отпустить подозреваемого.

У нас не было прямых доказательств того, что Цинь Вэйган убил Шао Минцзе, и между предположениями невозможно было выстроить полную цепочку. Никаких убедительных доказательств того, что Цинь Вэйгану подсыпали лекарство в напиток, никаких доказательств того, что его спасение было злонамеренным. Что касается сауны со сломанной дверной ручкой, то это вообще не могло быть использовано в качестве доказательства. Более того, на месте преступления не было оставлено никаких орудий преступления. Цинь Вэйгана следовало отпустить хотя бы на основании принципа «все сомнения в пользу отсутствия вины».

Жена Шао Минцзе настояла на подаче иска, но на стадии судебного разбирательства Цинь Вэйган был освобожден без предъявления обвинений из-за недостаточной доказательной базы. Узнав об этом приговоре, я испытал смешанные чувства. Хотя я могу собрать воедино все события шаг за шагом, следует ли убивать плохого человека или нет, это в значительной степени моральный вопрос. Можно ли убивать плохого человека – это не что иное, как юридический вопрос в обществе, где господствует закон. Как сказал Дершовиц^[61], успех в отстаивании прав человека в конечном счете зависит от способности людей извлекать уроки из дурных поступков и отстаивать свои права.

– Труп сильно разложился, и мы не можем определить время смерти по его внешнему виду, но именно личинки на трупе могут помочь нам определить точное время смерти.

Я заволновался и повысил голос. Ли Чжэн и Ван Мэн непонимающе посмотрели на меня.

– Вы что-нибудь слышали о судебной энтомологии? – спросил я.

После «Начала весны»^[62] быстро пролетело «Пробуждение насекомых»^[63], и люди тоже зашевелились.

Сегодня в судебно-медицинскую поликлинику поступило девять раненых одновременно, и все после драк. Я был так занят, что даже не пообедал. Вплоть до выхода с работы я все еще разбирался с экспертными заключениями.

Внезапно почувствовав запах мяса, я повернул голову и увидел, что Ван Мэн рисует правой рукой на графическом планшете, а левой стучит по клавиатуре. В перерывах он отправляет в рот баоцзы^[64], не пролив ни капли ни соуса, ни жира. Я был так поражен, что не мог удержаться и обратился к нему:

— Братец Мэн, дай и мне пару штук.

Ван Мэн, не поворачивая головы, бросил мне два баоцзы, и я перехватил их на лету. Жаль, что все в офисе склонили головы и были заняты работой; они не заметили мою сноровку мастера боевых искусств.

Внезапно зазвонил телефон, и Ли Чжэн быстро сняла трубку. При виде серьезного выражения ее лица у меня упало сердце. Она повесила трубку и сказала:

— На горе Чуншань найдено сильно разложившееся тело.

Услышав такое, я инстинктивно отложил баоцзы, который держал в руке. А вот Ван Мэн с кряхтением проглотил последний кусочек, ничего не потратив впустую.