Книга Закон Мерфи, страница 17 – Михаил Сазонов

— Ну что, пошли — сказал Яков.

Я открыл дверь и оказался в абсолютно белом помещении, где все блестело чистотой. Яркий свет, бьющий с потолка, заставил зажмурится. Оглядевшись, я заметил стойку регистратуры. И было уже хотел пойти туда, как почувствовал цепкую хватку Якова на своей руке.

— Это…Влад, бахилы. Лучше их одеть, а то тут тетя Клара уж очень она грозная — с самым честным видом выдал Яков. Я чуть не прыснул от того, как это от него звучало. Но сдержался и покорно отправился одевать бахилы. Закончив с обязательной частью — во избежание гнева некой тети Клары, мы отправились к регистратуре. Где как раз и находилась грозного вида женщина в медицинском халате, которая отсканировала нас глазами словно протокольный робот и только удостоверившись, что мы соответствуем только ей известным критериям, приветливо улыбнулась.

— Яков, мальчик мой, неужто снова подрался? Да нет, цел соколик. А это кто с тобой? — она перевела на меня подозрительный взгляд — вроде тоже цел. — Владислав Воеводский, мадам — сказал я и поклонился — пришел узнать о состоянии своего брата.

— Ах — всплеснула она руками — вот оно что. Вам придется подождать, пока к нему нельзя, там врачи. Но я думаю, все будет хорошо, в целом ничего серьезного. Множественные повреждения тела с сильным обморожением кожи и крайние истощение организма вместе с резервом. Но вы не беспокойтесь, он в надежных руках. Так что вы проходите в комнату ожидания. А я вам чайку сейчас сделаю. Яша, проходите.

Я и слова не успел сказать, как за нас все уже решили. Якову в руки вручили большую вазочку печенья и указали рукой в сторону комнаты ожидания. Некоторое время мы шли молча.

— И что это сейчас было? — произнес я задумчиво — она твоя родная тетя?

— Да… из нашего рода в род Синицыных ушла, то дело давнее — махнул рукой Яков — но все равно с нами связь держит. Заведующая тут.

— Понятно.

— Ну, вообще-то она добрая, но… — Яков оглянулся и тихо продолжил — строгая — жуть. Лучше ей не перечить, а то потом для профилактики болючий укол поставит или за ухо отдерет, а то и полы мыть заставит. Поэтому сам понимаешь…

— Понимаю — с ухмылкой ответил я — как думаешь, они правда быстро брата на ноги поставят?

— Ну, если тетя сказала, что поставят, значит поставят. Тут ведь они самые сложные случаи, еж их благослови, вылечить могут. Все зависит от регламента и их желания с ресурсами, которые они готовы выделить. Ну тут как, железным ничего особо не светит, могут неделю или две валяться. Разве что сдохнуть не дадут… Ну или калекой по возможности не оставят. А вот золотых, чтобы им еж в тапки покакал, они за день поднимут из полумертвого состояния. Регламент-с. Вон, говорят после вашей потасовки с Часовских они позвоночник Желонкина полвечера по кусочкам… — Яков как-то осекся и закашлялся.

— Не любишь золотых? — решил я перевести тему.

— А что их любить? С золотой ложкой в попе родились, еж их дери. Пупы мира, так сказать. Хотя людей чести и правды — единицы. Отец говорит, что раньше золотые были элитой. А щас…? Деньги есть, связи тоже. А вот мужества и чести… Ладно, что уж тут говорить, еж их покусай — Яков как-то замолчал и задумавшись, вдруг хлопнул себя по лбу — Мы же жрать забыли взять! Ну… я хотел сказать — поесть. Просто, ну это, после регенерации и восполнения энергии Артур захочет столько кушать, что иначе как жрать — это не назвать. К-хм.