Книга Алекс. Безродный. Дилогия, страница 112 – Михаил Сазонов, Андрей Мельник

— Ну уж извините, — усмехнулся я, — у меня совершенно иной подход к такого рода вещам.

Кухарка продолжила наводить порядок, княгиня пожала плечами:

— Направо и до поворота. Затем пройдёшь три левые двери и увидишь четвёртую. Обычно он там сидит и пишет.

Я поблагодарил её и чуть ли не бегом направился к нему. Он, кстати, оказался куда моложе, чем его коллега-кухарка. Та уже в возрасте, а этому на вид чуть за двадцать. Значит, голова у него варит хорошо, а потому я чуть ли не с порога вывалил на парня всю подноготную.

Тот же, чуть прищурившись, потёр свои виски и вздохнул.

— Любите же вы все всё усложнять… — Писарь встал с места и начал искать необходимое. — Вечно у вас всё не так, как у людей.

— Уж прости, мужик, — пожал я плечами. — Работа у нас такая — радовать хозяев сего дома…

— Понимаю… — усмехнулся он, и в его взгляде я действительно заметил понимание. Даже жаль мне его немного.

Когда мы пришли, писарь поклонился госпоже и сел за стол, который та благородно освободила. Я же стал нарочито громко проговаривать рецептуру тех блюд, что я ранее рассказал Сисилии. Даже парочку других ещё добавил, от чистого сердца. В благодарность за вечер, так скажем. Если бы я сразу исчез из города, то можно было бы вешать орден «матроса» на грудь, ибо поматросил и бросил. Это бы точь-в-точь описало сложившуюся ситуацию.

Писарь же, наблюдая за сим цирком, не мог не покачать головой, но предусмотрительно даже не вздохнул, потому что каждый вздох обойдётся ему слишком дорого. Нравы у местных-то жёсткие, а у аристократов ещё жёстче. Каждый трон в Диких Землях добывается кровью, потом и мечом. Возможно, ещё магией.

Закончив с этим, я попрощался с парнем, с кухаркой и поклонился княжне.

— Если вам будет интересно, то я всегда буду рад помочь вам в поисках рецептов старины и заграничья. Всё-таки моя работа связана с книгами…

— Я тебя поняла, — сузила княгиня глаза, чуть улыбнувшись. — Обязательно потом воспользуюсь предложением. Я люблю хорошую кухню. А сейчас прошу меня простить. Необходимо поработать с получившимися записями. Верно, Крол?

— Да, — ответил писарь, — как скажете, Ваше Высочество.

Попрощавшись с «Сисилией и Ко», я направился в сторону главного зала. Как я понял, князь, жрец, глава стражи и старик всё ещё не освободились, а потому, пока есть время, я могу пообщаться с местной аристократией. Старик советовал не высовываться… Но всё, что нельзя было высовывать и засовывать, я уже… Кхм. Впрочем, проехали.

Толпа, кстати, уже довольно опьянела. И это замечательно! У многих лица были достаточно покрасневшими от того количества алкоголя, что щедрой рукой прислуги разливали по бокалам и фужерам. Он хоть и не сильно пьянит, но это всё ещё спиртное. Выпьешь достаточно и опьянеешь сто процентов. Но мне от этого только легче: меньше будут обращать внимание на этикет и манеры, легче втереться в доверие… И вообще, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Это моя стихия.

— Слышал, что у вас в приграничье недавно стали более активны монстры? — спросил один аристократ другого.

— Да, верно слышал, — кивнул тот, пригубив ещё вина. — Спуска на них никакого нет. Ещё и атакуют неожиданно и каждый раз в разных местах. У меня нет столько рыцарей, чтобы охранять все границы владений!