Книга Повелитель гоблинов. Том 7, страница 45 – Евгений Лисицин, Андрей Мельник

— Камень — что имеем, то имеем. По бумаге будем искать альтернативу. А пока записи многоразового применения делайте на глиняных табличках. Глины навалом, обжиговых печей достаточно.

Болт и Эйнштейн синхронно кивнули.

— Присаживайся, Болт. Бруп, твоя очередь, — повернулся я к управляющему гостевым шатром и будущим министром торговли и экономики.

Бруп поднялся с кресла, откашлялся, поправил что-то вроде бабочки на шее.

— Вождь, за время вашего отсутствия имели-таки место быть некоторые торговые операции, о которых я обязан-таки доложить. Во-первых, к нам пожаловали странствующие путники с весьма занятным товаром. Удалось приобрести у них карту. Странную. Я бы даже изволил выразиться — загадочную… — Бруп извлёк из-за пазухи свёрнутый лист и положил на стол. — Что на ней нарисовано, я, к великому сожалению, не ведаю. Но выглядит красиво и дорого.

Я развернул карту. Потёртый, подпалённый по краям лист с нанесёнными на него линиями, отметками и символами. Не наш район, это точно. Зато очертания рек, озёр, гор, и парочка населённых пунктов имеется. И что-то вроде моря лежит на восточной части карты. Придётся изучить на свежую голову, чтобы понять по всем этим ориентирам хотя бы примерно, какой регион она показывает.

— Что отдал за неё?

— Сущие пустяки! Три бронзовых наконечника копья и кувшин медовухи. Путники были сговорчивые и уставшие, а медовуха наша, как вам известно, творит с переговорами чудеса.

— Хорошо. Что дальше?

— Дальше было-таки веселее. Торговые караваны приходили, четверо. Предложили купить у нас боевое снаряжение, а сами какое-то барахло предложили. Барахло, впрочем, было из золота и серебра. Под слоем грязи, а значит, где-то его раскопали. Я осмотрел, прикинул, и мы произвели честный обмен. Отдали им наше старое снаряжение — то, что помятое и побитое, — зато получили золото, серебро и горсть драгоценных камушков за четыре лука и колчаны со стрелами.

Ещё одни шли с едой. Мы их подчистую раздели! Всё забрали-таки, кроме набедренных тряпок, — расплылся Бруп в довольной улыбке. — Навар, вождь, вышел-таки приличный. Они даже не торговались особо. Видать, в их краях с бронзой совсем худо. Радовались двум кривым кинжалам так, словно мы им ключ от города вручили.

— Неплохо. Ещё?

— Были ещё двое. Шарлатаны, — состроил Бруп скорбную гримасу.

— Почему шарлатаны?

Бруп печально вздохнул:

— Потому шо предлагали лампу с джинном и ковёр-самолёт. Лампа оказалась самая обычная. Масляная. Без джинна. Но красивая, медная, с узорами. Ковёр тоже обычный. Тканый, с бахромой. Не летает. Но тоже красивый.

По залу прокатились смешки. Миори прикрыла рот ладонью, Карамелька хихикнула.

— И что отдали взамен? — уточнил я, уже предчувствуя, что мне скоро придётся валериану искать и отвары из неё делать.

Бруп, к моему удивлению, просиял с такой гордостью, что чуть не осветил зал.

— А вот тут, вождь, я их таки облапошил! Спихнул этим голубчикам тюк сушёных листьев табака, к которому у них было крайне странное и неудержимое влечение. Они как увидели, так аж затряслись. Я ещё цену вдвое поднял, а они всё равно согласились, лишь бы забрать. В итоге мы получили красивую лампу, красивый ковёр и избавились от бесполезных листьев, которые только место на складе занимали.

Табак — это так-то не бесполезная штука. Пюрешка её время от времени использует для защиты от насекомых…