Книга Бастион, страница 28 – Андрей Мельник

— Всё верно… Не знаю, насколько вы осведомлены о произошедших событиях, но для полноты картины, расскажу всё, что мы знаем благодаря нашим разведчикам. Уверен, вы поймёте мою тревогу и сделаете всё ради Кубинского народа, приютившего вас и ваших людей в эти тяжёлые времена. — издалека начал гость моего лагеря.

— Я весь во внимании, генерал Сантьяго. — удобнее сел я в кресле. — С вашего позволения, я надену шлем, чтобы Афина помогла с переводом ваших слов. Мой испанский ещё слишком далёк от идеала.

— И всё же вы действительно прекрасно овладели им за это время. В целом, я, конечно же, не против. — согласился мой союзник, и я вернул на голову шлем, получая доступ и к оперативным данным, присылаемым Афиной, и к параллельному переводу генеральских баек.

В целом, всё то, что он говорил, я прекрасно знал. Разве что некоторые детали, на которые он обращал пристальное внимание, я не замечал ранее, предпочитая не тратить драгоценное время.

Выходила прелюбопытная картина, в которой против человека, на которого я сделал ставку, выступал всего лишь один единственный генерал из тех трёх, что начинали свой заговор ещё в первые дни пришествия зомби. Всю военную власть он захватил в свои руки, и где-то сам, где-то при помощи американцев, он устранил своих конкурентов внутри Кубы. Под собой он объединил членов национального спасения Кубы — всех, кого сумел найти в живых, мэра Гаваны и некоторых других крупных городов, бывшего и нынешнего премьер-министра. Генерал Сантьяго тоже успел навести мосты и в свою команду забрал многих членов военного совета Кубы и других государственных деятелей, ну и бонусом он успел раньше своего оппонента восстановить связь с народом через те самые газеты и радио. Правда, тут больше заслуга Афины, нежели его собственная, но это уже всё вторично.

Из неприятных новостей — другие конкуренты умерли не своей смертью, и кое-где именно генерал Сантьяго приложил руку к гибели, при этом не оставляя за собой следов. Но некоторых устранил и его оппонент — генерал Марудо. Речь идёт не только о двух других генералах, но и о многих помощниках генерала Альберто Марудо. Борьба за власть — грязное дело. И все мы здесь испачканы этой борьбой, как животные на ферме после проливных дождей, валявшиеся в грязи. Марудо убил претендентов на гаванский трон очень грязно — взорвав автомобиль своего бывшего союзника, а уже через десять минут обратился к народу Гаваны и всей Кубы, обвинив в этом варварском теракте, естественно — генерала Сантьяго. Как уже было сказано, это грязная партизанская война. И если бы не Афина, не мои костюмы, шлемы и верные солдаты самого команданте, весомой части всей кубинской армии — вполне возможно, что один из многочисленных заговоров по убийству моего союзника был бы исполнен.

Сейчас Марудо активно наращивал численность резерва, отрядов ополчения и пытался всячески подрывать авторитет Сантьяго, обвиняя его чуть ли не в людоедстве. Но самым главным фактором, свидетельствующим о том, что настало время решительных действий, стало внезапное появление десятка МОИХ боевых костюмов у его верных гвардейцев. И тут у меня было лишь два варианта, как они могли попасть к нему. Предательство своих ребят и кражу я не допускаю — каждый комплект экипировки находится под строгим контролем.