Книга Мертвецкий Круиз. Пенталогия, страница 639 – Андрей Мельник

— Р-р-р! Бесит! — швырнула она в стену горшок с цветком и схватилась за голову.

— Я собирал команду с первого дня. У меня никогда по-настоящему не было семьи. До тех самых пор, пока я не встретил вас. Тебя, Роберто, даже Лакшита. Выжившие на лайнере, мои генералы, мои губернаторы. Я делал ставку на тех, кто разделял мои мысли. Моё видение. Смирялись с моими заскоками и скрытностью. Были снисходительны ко мне в моменты слабости. Как члены семьи. Круизеры — моя семья. И ты — один из самых важных членов этой семьи. Я сделаю всё, чтобы моей семье не грозило уничтожение. А ты возьми на себя смелость отразить нападение на наш дом. Вместе с остальными. Планета практически очищена, и сейчас активно добиваются последние очаги с зомби, мы получаем последние порции ОД и готовимся к самому важному экзамену в истории нашего мира. Сделай так, чтобы мы его не провалили… Я не могу быть везде.

— Но и на корабле тебя быть не должно! — по её щекам текли слёзы.

Обида, непонимание, злость…

— Назови это судьбой. Всё, что я делал, — я делал без сожалений. Если я останусь здесь — я сгорю. От сожаления. Я всегда таким был. Всегда шёл на самом острие в критические моменты.

Мои руки легли на её плечи, она повернулась ко мне и уткнулась мне в грудь.

— Я так не хочу…

— Я тоже не хочу. Но обязан.

* * *

Мы знали время вторжения. Все наши бойцы были на позициях, а боевая тревога промчалась по всему земному шару, даже в тех нейтральных штабах, что формально были независимыми.

— И снова красная пелена… Словно закат человечества… — я стоял и смотрел в небо, пока Афина демонстрировала мне первые десантные боты, влетающие в атмосферу.

«Создатель. Война началась. Разрешите открыть ответный огонь?» — мужской механический голос донёсся до моих ушей.

— Разрешаю, Арес. Отправь их всех в ад!

Ракетные шахты открылись, ракетные крейсеры получили данные радаров и начали наводиться на цели, истребители поднялись в воздух, и весь мир приготовился к схватке.

Красное небо стало ещё краснее, когда тысячи ракет по всему миру взмыли в воздух, пытаясь уничтожить и продавить системы защиты десятков тысяч десантных ботов врага.

— Вас миллион, и вы пришли веселиться. Нас миллиард, и нам не до смеха. Попробуйте захватить наши базы. Попробуйте уничтожить наши цитадели. Сгорите в огне от разочарования.

«Господин, фиксирую атаки на наши технические средства по всем штабам. Включаю режим „Тишины“. Ориентировочное время восстановления средств наблюдения — тридцать минут. Прошу вас подготовиться к старту. Мы должны начать сразу после окончания первой волны высадки вражеского десанта и возвращения ботов за новой партией выживших».

— Встретимся на борту, Афина.

Все заняли свои места. Пристегнули ремни. Выдохнули, когда начался обратный отсчёт.

— Три, два, один. Взлетаем, господа…

Купол над нами успешно был уничтожен достроенной металлической раздвижной системой. Он попросту сломил прикрывавший нашу базу лёд и освободил нам путь.

Все молча сидели, держа в руках своё личное, уже ставшее частью тела оружие. О том, что будет, если нас раскроют, если мы не долетим, — я старался не думать. И в окно я старался не смотреть, чтобы не видеть того, что происходит с Землёй.

— Отлично, парни. Наша птичка летит прекрасно. Поздравляю с успешным первым запуском, — донёсся до нас голос командира корабля, прошедшего интенсивное полугодовое обучение. — Входим в верхние слои атмосферы. Сейчас должно немного потрясти.