Книга Статус: В общем и целом – ученик, страница 35 – Андрей Мельник

Мой развитый слух уловил, как в пустой комнате для ожидания гремели миски. Доверчивая и наивная Алиса компенсировала потраченные на меня нервы уничтожением мяса.

Помощник косился в сторону зала ожидания, но я отвлёк его:

— Я готов отправиться на трибуны. Ведите.

— Да, конечно, секунду… — повернулся он в сторону зала.

— Никаких секунд. Отправляемся сейчас! — уверенно заявил я и пошёл прочь.

И помощник был вынужден отправиться за мной.

«Потише там шебурши! А то внимание привлекаешь. Этого я отвлёк…» — предупредил я нежную и неприступную Лисоньку Алисоньку, которая сама не знает, чего хочет, по моим ощущениям.

«Фпафипа! Опьетенье!» — чавкая, ответила она мне.

Пока мы шли по длинным коридорам и служебным проходам, в голову пришла одна мысль, от которой я почему-то так и не смог избавиться, даже когда выбрался на трибуны и оказался окружён кричащей толпой. Часть из возгласов предназначалась мне — первому из прошедших отбор чемпионов. А другая — начавшейся битве между драконидом и ящером. Остальные участники, как я понимаю, внимательно наблюдали за всем через окна первого яруса арены.

Одно из заклинаний странно выглядевшего драконида оказалось отражено магией ящера и полетело в сторону трибун. На секунду стало не по себе, но практически незаметный взгляду магический купол внутри турнирной арены исказился при попадании.

— Выдержал с лёгкостью, — прокомментировал я.

— Да, господин, — почтительно ответил сопровождающий меня ящер. — Он создан по аналогии с куполом крепости. Способен выдержать град сверхмощных заклинаний, как при осаде.

— Ты неплохо информирован, да? Могу я кое-что у тебя уточнить?

— Если моих знаний будет достаточно, господин.

— Как тебя зовут?

— Италур, господин.

— Скажи мне, Италур: как так получается, что в турнире, где можно умереть, принимают участие дракониды? Насколько мне известно, указом императора им запрещено участвовать в смертельных боях и дополнительно подвергать свои жизни опасности.

— Ваша информация совершенно верна, господин. Действительно, решением пресветлого неболикого повелителя Дракории драконидам не разрешается рисковать своими жизнями ради славы или же иных целей, когда речь идёт не о защите собственной жизни и самой Дракории. Любой же, кто станет угрозой жизни всего одного драконида, навечно станет врагом всей империи. И не будет места ему в этом мире, где он мог бы чувствовать себя в безопасности.

— Тогда почему? — указал я на арену, где драконид сражался с ящером.

— Действуют особые условия битвы. Драконоподобный воин использует артефакт божественного уклонения. Он покрывает тело едва заметной пеленой, и, если по нему проходит магическая или физическая атака, способная нанести вред и стать угрозой жизни и даже просто здоровью, расходуется заряд, телепортирующий в случайное место неподалёку. Если это случается, бой заканчивается. Никто не станет рисковать, чтобы случайно нанести вред дракониду.

— И победит в таком случае ящер? — удивился я.

— Всё верно.

— Так это же значительно меняет условия боя. Драконоподобные могу с лёгкостью вылететь… Убить и нанести сильный удар, способный ранить, — это разные вещи, — с сомнением произнёс я.

— Это так… Но, они особенные. Дракониды обладают невероятными характеристиками и заклинаниями. Вот, например, выступающий на арене Виаран Огнехват. Во-первых, чтобы атаковать его тело и выбить из турнира, сопернику сперва нужно выдержать его стремительный и могущественный натиск огня. Ну а во-вторых, нужно попасть по нему и пробить огненный щит. У Огнехватов это фирменная техника. Огонь настолько плотный и интенсивный, что расщепляет вражеские заклинания, испепеляет снаряды, не даёт подойти для ближнего боя. Кроме того, у них развиты до предела чувства, позволяющие ощущать скрытые магические атаки из-под земли или прочих слепых зон, — пояснил Италур.