Онлайн книга «Статус: Ученик»
|
Подробностей никаких нет, информация собрана по крупицам. Единственное, что я дополнительно выяснил через Имирэна, — у эльфов по легенде была подобная история. И закончилась она получше, чем у двух других веток человеческой цивилизации. Свой дом эльфы отстояли, но связь с ним пропала. И с тех пор путь в свой родоначальный мир для эльфов закрыт. Но они знают, что там остались их братья и сёстры, которые защитят леса, а само зло, что пыталось забрать себе и испортить их мир, было уничтожено. Потому порталы и замолчали навсегда. Молодцы они, конечно. А нам пока не выпал шанс показать мощь человеческого разума и силу адаптации, технологий и прогресса. Может, я вообще зря беспокоюсь, и, кто бы там ни пришёл на Землю, его ждёт ад, доставленный на блюдечке крылатыми и баллистическими ракетами, сверхзвуковой авиацией и бронированной тяжёлой военной техникой? Мы с самой древности воюем, совершенствуя искусство уничтожения других. Возможно, Земля справится и без нас. Ведь там, на ней, миллиарды потенциальных героев. Найдутся свои избранные, что отразят атаку и преодолеют любой кризис. И скорее уж сами люди, уничтожив агрессора, начнут передел мира и власти в нём, чем и добьют нынешнюю цивилизацию… Боюсь, этого всего я уже не узнаю. Может, только новости через Новичков, прошедших испытание, получу. Из-за разговоров до самого утра мы задержались с выездом. Выспались только к обеду. Доели уху, размялись, попрактиковались с магией в дружеских спаррингах, ну и я заранее отсчитал свежие патроны из обновлённого магазина моего усовершенствованного пистолета «Лебедева-Меттрима». На секунду задумался… — Маш, а твоя фамилия… Это настоящая? — спросил я у девушки, что последние вещи прятала под навесной замок в боковой ящик повозки. — Да, но я сама её взяла. У меня не было. И один из подарков на десять лет от моего отца — документы. Нужна была фамилия, и я выбрала её. Мы тогда стояли лагерем у озера, и рядом проплывали лебеди. Я их впервые увидела и была поражена их красотой и изяществом… — ответила Маша, присаживаясь на бревно рядом со мной. — Даже так? А как ты тут появилась? Через испытание? — Не помню. У меня практически не осталось детских воспоминаний. Даже лиц матери или отца… Одно из самых ярких детских воспоминаний — как я играла на детской площадке, забралась на высокую горку и не смогла слезть. Было страшно, вокруг темнело. Меня словно забыли забрать. Я плакала, кричала, но никто так и не пришёл. Я прыгнула… Стукнулась коленкой. Дальше не помню, но… Я вспомнил маленький рубец, шрам рядом с коленом. — Осталось незажившее воспоминание, — продолжил я за неё. — Да… Дальше лишь смутные образы. И новое воспоминание: я уже где-то здесь, в этом мире, в лагере бродяг. Обо мне заботилась какая-то женщина. Она была… недоброй. Но ответственной. Я получала постоянно, но она хотя бы кормила меня и не давала другим издеваться надо мной. Потом её не стало. Лагерь атаковали монстры. Я спряталась в сундуке… Этот проклятый сундук всегда меня манил. Я вечно к нему лезла и каждый раз получала за это. Но в тот раз он меня спас. Из него меня вытащил уже Декарт. Он закрыл мне глаза, когда уносил прочь. Но я успела увидеть десятки разорванных на части тел. Людей и монстров. Она тяжело вздохнула, вновь переживая болезненные воспоминания. |