Книга Законы Рода. Том 12, страница 64 – Андрей Мельник

— Сейчас смотрите, как тяжело она отойдёт…

Все трое потянули и с неимоверным усилием отодрали от стены плитку, на которой не было никакого клея.

— Сейчас второй эксперимент… Так, ты, давай.

Она упёрла металлический стержень в самый центр плитки по соседству и велела ударить по нему молотом. Та осыпалась мгновенно, раскрывая монолитную каменную кладку.

— И что?

— Попробуйте землю ковырнуть. Камень этот, что за плиткой.

Я кивнул и пальцем провёл по камню без особого труда, словно тот совсем рыхлый, сыпучий, как морской песок. Но стоило убрать руку, как стена восстановилась.

— А теперь пойдёмте за угол, — позвала меня учёная грибница, и мы ушли из этого тупика, Грыши же рассеялись, осыпавшись миллионами огромных светящихся спор прямо на мою помощницу. — Просто ждём три минуты и возвращаемся.

По возвращении я с удивлением обнаружил целую плитку на том месте, где мы проводили эксперименты, и разбросанные на полу инструменты. А вот осколков не было.

— Удивительно. То есть, он словно закольцован в магии времени на самовосстановлении?

— Я тоже пришла к выводу о магии времени, хотя сперва думала, что это просто восстановление из новых материалов.

— Ну, тогда осколки не исчезли бы… А если взять кусок плитки с собой и уйти за угол?

— Только хотела вам предложить этот эксперимент. Нет, плитка эта не восстановится. Но стоит вам бросить её оставить где-либо, перестать держать, и она превратится в песок, который ветром сдует. А затем плитка вернётся на своё место. С учётом всего этого я пришла к выводу, что лабиринт расширить мы не в силах. По крайней мере сейчас, с нашими познаниями. Я проверяла в двадцати местах — везде всё одинаково работает. Он защищён от разрушения. В комнатах лабиринта — то же самое. Там ветхость лишь напускная. Если разбить всё, что есть в помещении, и уйти, по возвращении мы увидим практически новый склад, где всё чисто и красиво. Кстати, магические светильники не расходуют заряд. Перезаряжать их не надо.

— То есть создатели этого места заложили определённый магический запас на артефакты и всё остальное?

— Я думаю, здесь раньше было намного больше постоянно работающих магических предметов, ловушек и лабиринт спокойно справлялся с этими нагрузками. Единственное, что мне непонятно, — источник энергии. Не понимаю, откуда он и как ему удаётся поддерживать такой стабильный магический фон, несмотря на древность этого места.

— Насчёт этого… У меня есть догадки. Будет проще воспринимать это всё как обычную древнюю магию и не тратить свои силы на попытки осмыслить, — посоветовал я ей не копаться в первопричинах появления таких мест, как Домен Эфира, и способах его создания.

Строители этого места, как и Домена, всё равно давно не существуют. Стёрты с лица Земли Сеятелями. Но их наследие всё ещё живо. И я постараюсь хранить его в целости как можно дольше.

Остаток отведённого для хомячьей сиесты времени я провёл с Гри и своими фамильярами. Не столько отдыхал, сколько налаживал связи и давал советы, а порой и выслушивал советы по магии. Так, Йобжик подсказал, что силу его молнии распаляет его злость. Когда он не злится, молнии такие, что даже Проста не убьют. Говорит, они питаются его эмоциями.

А я сидел, слушал его, слушал и — обалдевал оттого, что мой ёж, вообще-то, говорить научился. Да, по-своему, по-ежиному: фыркает да шипит. Но самое главное, что я его понимал. Благодаря наладившимся отношениям и эфирной связи я смог синхронизировать своё сознание с ним и теперь видел те образы, что появляются вслед за каждым «фыром».