Книга Заклинатели, страница 133 – Анастасия Андрианова

«Не знаю. Оставьте меня. Пожалуйста».

«Знаешь. Просто скажи».

Снова перья, когти, клювы, невыносимые вопли и скрежет, хлопанье крыльев – и тяжесть, такая тяжесть, которую почти невозможно было отличить от тупой боли. Перед Алидой проносились несвязные образы: уходящий Рич, бабушка-сова, сирины, рвущие людей, сирины, слушающие песни, пожары и погони, поцелуй Ханера, поцелуй Тиля, последняя мелодия Тиля и его последний взгляд, заиндевевшие болота и обнажённые болотные девы, разговоры с Вольфзундом за неизменным бокалом вина и бесцельные скитания по Птичьим Землям… Травница. Продажница. Путница. Птичья ведьма. Алида Фитцевт.

«Алида Фитцевт! Я – Алида Фитцевт».

Птиц-людей подхватил лютый вихрь, они обратились в бесформенные комки перьев и растворились, разметались во мгле, будто их никогда не было. Крики смолкли, от тишины зазвенело в ушах. С груди словно упал камень, горло больше не стискивали когти, и Алида, едва не расплакавшись от облегчения, глубоко вдохнула. Ей стало так легко и светло, как давно уже не было. Она хотела открыть глаза, но вместо этого потеряла сознание.

* * *

Рич шёл быстро, почти бежал, подгоняемый ужасом. Это точно был голос Эллекена, и звучал он так близко, будто альюд шептал ему прямо на ухо, презрев расстояние. Он не может, не может увидеть их здесь, не должен понять, что они собираются сделать! Но его присутствие стало таким очевидным, таким осязаемым, что на минуту Ричмольду показалось, будто он сам смотрит на мир глазами Эллекена, что он становится Эллекеном, наполняется его дремлющей мощью и жаждой власти.

Он отбежал дальше, чтобы не видеть ни книгохранилище, ни Алиду, и молил Всевышнего, чтобы она не побежала за ним: он ревностно, жгуче не желал, чтобы Эллекен видел её, слышал её голос, чувствовал прикосновение её рук.

«Ты жалок, когда пытаешься вот так убежать от меня. Ты – мой сын. Моя кровь. Я внутри тебя. Ты – это я. А от себя не убежишь, как ни старайся».

Вспышка свирепой боли пронзила голову, и Рич упал на колени, хватаясь за шершавый осиновый ствол. Дыхание сбилось, словно он бежал целый час, по лицу поползли капли холодного пота.

— Не знаю, как ты это делаешь, – процедил он сквозь зубы. – Только не надейся, что запугаешь меня. Ты – демон, не имеющий даже собственного тела. Я – Ричмольд Лаграсс. Ученик астронома.

Откуда-то налетел порывистый ветер, с деревьев посыпался ворох бурых листьев и мелких веток. Ледяные пальцы ветра забрались под одежду, растрепали волосы, вихрь стал таким яростным, что Ричмольду с трудом удалось встать. Сзади послышался жалобный крик, и Рич похолодел, узнав голос Алиды.

Он резко обернулся. Маленькая скрюченная фигурка лежала на земле, и опадающие листья укрывали её пёстрым погребальным саваном. Вокруг метался верный Мурмяуз, не зная, чем помочь хозяйке. Рич рванулся было обратно, но заставил себя замереть и прислушаться к своим мыслям. Голова больше не болела, будто этот внезапно налетевший ветер прогнал боль, а вместе с ней пропал и ненавистный голос. Рич больше не чувствовал присутствие Эллекена, не слышал его, словно недавнее наваждение оказалось миражом, галлюцинацией, навеянной колдовскими Птичьими Землями и близостью книгохранилища. Рич встряхнулся, как мокрый пёс, и, спотыкаясь о бугрящиеся из земли древесные корни, бросился к Алиде.