Книга Карнавал лжи, страница 98 – Евгения Сафонова

– Ладно. – Амадэй откладывает кочергу. – Немного времени до ужина у нас есть. На чём мы остановились?..

– Вас забрали в монастырь, – живо отвечает Лив.

– На самом деле не на этом, но ты заснула, – тихо уточняет Джеми – так тихо, что та не слышит.

– Ах да. Что ж, дальше мы учились – все дети, которые жили там. Впрочем, формальная учёба занимала не так много времени. В основном мы просто… жили. Учились не письменности и чтению, а жизни. Дружбе. Справедливости. Гуляли, играли, разговаривали. Разговаривали, пожалуй, больше всего: друг с другом, с Кристалью – все вместе или один на один. Она со всеми детьми время от времени прогуливалась по саду… Часто отлучалась, но потом возвращалась. Старшие из ребят, с которыми я познакомился, когда меня привезли в монастырь, вырастали и покидали его уже с Даром: каждый получал его в разном возрасте, когда Кристаль считала воспитанника готовым, но не раньше пятнадцати. На место ушедших приходили малыши. Пару раз эйрдали и оборотни пытались пробраться в монастырь, добраться до нас и Кристали… Несколько ребят погибло от их рук. Но, в общем и целом, мы жили в своём счастливом маленьком мирке.

Когда мне исполнилось двенадцать, Кристаль вызвала меня в свой кабинет, и я поначалу решил, что она наконец хочет наделить меня Даром. Даже огорчился немного: это значило, что спустя два-три года я покину монастырь, а мне этого не хотелось. Но наша наставница завела разговор, удививший меня. Рано или поздно, сказала Кристаль, она больше не сможет присматривать за Аллиграном, и помимо магов ей нужно оставить других своих преемников… особых преемников. Тех, кто будет следить за магами. Тех, кто будет хранить людей вместо неё. Маги будут сменять друг друга, а их Дар – переходить от умирающих к новорожденным, но те, особые её преемники, будут жить вечно, как альвы. И даже альвов теоретически можно умертвить, но нас, если мы согласимся, не сможет убить никто… кроме кого-то из нас шестерых. Мы умрём лишь в случае, если один из нас поднимет руку на других.

– Шестерых? – Таша поднимает цепкие глаза. – Значит, Лиара можешь убить не только ты, но и другие амадэи?

– Верно. При этом мы с Лиаром не можем воздействовать друг на друга своей магией. Один из нас может причинить вред другому лишь холодным оружием. Зато с амадэями из других пар мы вполне способны сражаться в полную силу – равно как и они с нами… Итак, Кристаль сказала, что мы будем работать в паре с Лиаром. Сказала, что давно вынашивала этот замысел, но лишь сейчас присмотрела шестерых ребят, которые, как ей кажется, смогут вынести предстоящую им ношу. Из всех, кого она вырастила, она выбрала достойнейших, ибо вместе с огромным могуществом на их плечи ляжет огромная ответственность. Разумеется, она дала мне право выбора. Я мог отказаться: в таком случае она подыскала бы кого-то другого. Позже я понял, что она слишком хорошо знала нас и была уверена – мы не откажемся… Так и случилось. Все шестеро, с кем она провела ту же беседу, почли за честь принять уготованную им участь.

Мы продолжили жить в монастыре, но теперь на особом положении. Жизнь в Долине более-менее наладилась, и Кристаль проводила в своей обители куда больше времени, чем раньше, почти всё это время уделяя нам. Она готовила нас к тому, что нам предстояло. Говорила, что для людей мы будем воплощениями двух Богинь на земле. Что нам придётся не только судить и помогать, но и карать. Посему одни из нас будут связаны с тьмой, и тьма эта будет защищать свет, который воплотят другие. Те, кому отведена роль Палачей, не должны ни стыдиться, ни бояться её: они не столько наказывают тех, кого казнят, сколько дарят им шанс на новое рождение, дабы искупить ошибки, совершённые в этой жизни. Впрочем, те, кому Кристаль уготовила стать Палачами, приняли свою роль с готовностью. Она знала, кому эту роль предлагать.