Книга Opus 2, страница 146 – Евгения Сафонова

Напрасно.

– Я демон немножко иной породы. – К её удивлению, Мэт узнал отсылку. Хотя, учитывая, в чьей голове он сидел… – Нет, просто не хочу лишний раз портить тебе жизнь.

– Да ну?

– Ладно, не жизнь. – Демон благодушно вздохнул. – Это вышла занятная заварушка, но… В общем, с моей стороны будет разумным дать тебе немножко отдохнуть.

– Ты и разумность? Вы, оказывается, знакомы? – Ева шагнула в круг разноцветных камней, чуть поблекших под блестящей присыпкой инея. – Вынуждена тебя разочаровать: никакого «следующего» я не планирую, по крайней мере в ближайший век.

– Жаль, жаль. – Особого сожаления, впрочем, Ева не услышала. – А мне вот чутьё подсказывает, что грядёт веселье похлеще минувшего.

– Например?

Демон промолчал.

Чертыхнувшись про себя, Ева закрыла глаза, нащупывая невидимую дверь. На этот раз костяшки ударили по камню почти сразу: наверное, потому что Ева уже точно знала: дверь тут есть. Отстранившись от проявившейся в воздухе арки, она терпеливо дождалась, пока резные створки откроются, выпуская в мир старого знакомого.

…хуже всего, что она думала о том же. Пусть Мирк на днях будет коронован, пусть Айрес Тибель (уже не тирин) содержится под неусыпным надзором стражи в одном из загородных поместий королевской семьи, пусть на руках её магические блокираторы, – Ева не верила, что всё закончилось. И не могла понять, откуда нужно ждать подвоха, отчего плохие предчувствия лишь больше отдавали паранойей.

– А, это ты, – голос гнома прозвучал скучающе, но мшистые глаза под рыжими кудрями недобро блеснули. – Если пришла просить, чтобы я снял чары с ножен, учти: за прошлый обман цену назначу двойную.

– Приветствую. – Ева на вытянутых руках протянула собеседнику рапиру. – Я пришла извиниться. И вернуть её.

В том, как гном смерил взглядом своё творение, явственно читалось презрение, и вовсе не к Люче.

– Стало быть, она тебе больше не нужна? – сухой яд в голосе не помешал маленьким пальцам незамедлительно вырвать оружие из Евиных ладоней. – Попользовалась, теперь и выбросить можно?

– Не выбросить. – Ева смотрела на зачехленный клинок с искренней грустью. – Я… испортила её. Она больше не приходит на мой зов. Не делает всё за меня. – Хоть в чём-то Мэт не обманул: драконье пламя и правда восстановило чары лишь частично. – Но я возвращаю её не поэтому. Просто… она ведь живая, верно? И мы с ней сделали всё, что от нас требовалось. Теперь она будет лежать без дела. Скучать. Я ведь даже из ножен её больше вынуть не могу. – Ева примирительно развела руками. – Вот и подумала, что ей лучше вернуться к вам, чтобы вы смогли её… вылечить.

Сказать «починить» в применении к Люче у неё язык не поворачивался. Даже не потому, что гному такое отношение к его детищу наверняка понравится больше – просто Ева и правда воспринимала рапиру живой.

– И… это вам, – прибавила она, доставая из сумки то, с чем прощаться ей было ещё грустнее. – Честная плата за вашу работу. Извините, что пыталась обмануть.

Гном уставился на предлагаемый ему планшет.

Выражение искреннего недоумения на его лице частично компенсировало Еве горечь грядущей утраты.

– Сначала жаль было честно расплатиться одной своей игрушкой, а теперь без нужды жертвуешь другую?

Ева кивнула.

Это решение далось ей даже тяжелее, чем расстаться с клинком, подарившим Мираклу корону. Но за последний месяц она стала немножко по-другому смотреть на многие вещи – и то, что при первой встрече с гномом казалось невыносимым лишением, сейчас выглядело простой справедливостью. Фото (Ева отфоткала напоследок всё – от Герберта и замка Рейолей до королевского дворца) всё равно лежат на карте памяти и док-станции. Как и музыка. И записи Динкиных концертов.