Книга Opus 1, страница 97 – Евгения Сафонова

Каменный меч пронзил плоть не хуже стального. Гладко, точно масло, с омерзительно органическим звуком разрезаемого мяса и ломающихся костей. Пусть Еве не было больно – ощущение того, как тебя протыкают насквозь, тоже оказалось малоприятным.

Размышления, как на это реагировать, заняли у неё ровно те секунды, пока убийца не выдернул клинок из её груди. Девственно-чистым: на стихийном оружии не оставалось крови.

Ева застонала. Кулём рухнув наземь, затихла. Заставив смычок исчезнуть из пальцев, уставилась перед собой неподвижным взглядом.

Убийца коснулся девичьей руки, прощупывая пульс.

Спустя несколько мгновений перешагнул через неё, чтобы присоединиться к охоте на Герберта.

Дождавшись, пока другой головорез, закидывавший её заклятиями, последует за товарищем, Ева осторожно скосила глаза.

На присыпанной хвоей земле лежали три тела, пылающие кострами зелёного огня (Ева подозревала, что убийцы подожгли их сами, дабы не достались врагу). Герберт отступил в центр каменного круга: тени защищали проходы между камнями, но вокруг его барьера искрами рассыпались отражённые заклятия. Кто-то из убийц магией атаковал издали, другие пытались прорваться сквозь призванные души – на место павших теней тут же приходили другие. Когда одна исчезла, Ева на миг увидела Герберта: на бледном лице алел порез, наискось пересекший щёку.

Даже его силы не безграничны. В одиночку отбиваться от десятка магов, в совершенстве освоивших науку убивать, нелегко даже ему. Рано или поздно он устанет; рано или поздно у него не останется сил, чтобы призвать очередную тень. И тогда с Гербеуэртом тир Рейолем будет покончено. Ведь барьер не защитит его от магического оружия, а вместо своего оружия у него только призрачная свита…

Герберт выхватил из-под плаща нож одновременно с тем, как Ева почувствовала неприятное движение сращиваемых костей. Рана затянулась с омерзительной щекоткой. Следом перестало ощущаться сердце, из которого исчезла проделанная дыра.

Как хорошо, что больше она ничего не чувствует…

Когда некромант рассёк себе ладонь, щедро пролив кровь на землю, тела поверженных убийц дёрнулись.

«Ко мне».

Приказ сталью полоснул по сознанию – и Ева, не сопротивляясь, рванула вперёд.

Трупы убийц поднялись с земли, роняя с костей горящую плоть и тлеющую одежду. Тела сгорали стремительно, но недостаточно быстро; когда они со спины напали на бывших товарищей, протягивая к ним пылающие руки, те оказались как будто готовы к такому коварству. Всё равно мёртвые враги были безоружны – Дара умертвия лишались вместе с жизнью, а другого оружия убийцы с собой предусмотрительно не взяли.

Зато к тому, что убитая девчонка будет бодро размахивать волшебным смычком, не подумав его лишиться, они готовы не были.

Головка смычка врезала одному из убийц по затылку, будто не заметив его щита: того швырнуло вперёд метра на три, смачно ударив лбом о камень. Когда он сполз наземь, одна из теней на миг скользнула в сторону – Ева беспрепятственно проскочила мимо, спиной чувствуя ошеломление врагов.

— Уходим! – крикнула она Герберту, оказавшись внутри круга. Сквозь барьер некроманта она скользнула так же легко и беспрепятственно, как через садовые ловушки. – Переноси нас в замок!

— Не могу. – Перекинув нож из левой руки в искалеченную правую, Герберт сосредоточенно полоснул себя по другой ладони. – Они сплели чары, запрещающие перемещение.