Книга Вершины и пропасти, страница 137 – Софья Ролдугина

Он не сразу ответил; задрал голову вверх, к небу, спрятанному за плотным переплетением ветвей, прикрыл на мгновение глаза, впитывая запах горькой зелени и сладкой холодной воды, такой чистой, что даже в полумраке можно различить дно. Ладони, упиравшиеся в камень, ощущали зернистый, шершавый узор, похожий на отпечаток большой ребристой раковины, закрученной спиралью.

«Значит, вот оно что».

— О моей силе ты знала и раньше, – спокойно произнёс Алар и посмотрел на неё искоса. – И даже видела кое-что.

Тайра вздохнула – и наконец-то распрямилась, перестала сжиматься в комок; села, подражая его позе, неосознанно, кажется – и тоже глянула из-под ресниц.

— Знать – одно, а видеть во всей полноте – другое, – произнесла она. Снова вздохнула; нахмурилась. – Ты… тебе привычно это, верно, а я-то чуть умом не тронулась, когда мир вокруг взял да и потёк, точно размокшая глина, что хочешь, то и лепи. Отроду никогда себя такой маленькой не чувствовала, а тут… Зато поняла, что тебя так разгневало, когда Рейну похитили. И почему киморта нельзя продать в рабство – тоже поняла.

— Никого нельзя.

— Так-то да, но мы с Тарри с горя полсвета перепахать и вверх тормашками поставить не сумеем, – возразила она упрямо, чуть повысив голос. – А если этакая-то ваша силища, да в дурных руках окажется… Рейна тоже что-то этакое может?

— Пока нет, – ответил Алар честно. – Нарочно, по крайней мере; вот если испугается сильно, к примеру, то бед натворит. Но она ещё ребёнок, и то, что вчера ей удалось отразить удар взрослого киморта, чудо – и большая удача.

— А эта, как её, Фогарта? – с вызовом спросила Тайра. – С ней-то вы ровня? Она ведь взрослый киморт.

— Нет, – усмехнулся он. – Ей я и в подмётки не гожусь, теперь особенно.

— А прежде? А если силу свою возвратишь?

— Ты ревнуешь, что ли?

— А если и так? – повысила голос Тайра, наконец-то рассердившись по-настоящему, не понятно лишь на кого – на него или на себя. – Кто спокойным останется, если его мордой ткнут в то самое, что он замечать не хочет? Я-то думала, что всё уже про тебя поняла, всё узнала, а тут… Мы с тобой и прежде-то были что всадник и пеший, я вечно голову вверх задирала, а нынче что? Ты будто на горе, а я под горой. А с высоты-то люди меньше пылинки – ещё поди разгляди! Нет, будто ты сам гора, а я…

— И всё же я рядом с тобой, – прервал её Алар – и ухватил осторожно пальцами за подбородок. – И смотрю на тебя, вот прямо сейчас. А ты куда смотришь?

Она вздохнула, неглубоко и прерывисто; застыла на мгновение – бездонные чёрные зрачки, тоненький зелёный ободок вокруг, влажные потемневшие губы…

…а потом подалась вдруг вперёд, обхватывая его лицо ладонями, и поцеловала.

Всё неловко получилось, заполошно слишком, торопливо, словно они у кого-то воровали – время, ласки, прикосновения и дыхание. Тайра царапала его затылок ногтями, зло, отчаянно даже щипала за спину, точно хотела причинить боль – а всё же не отпускала; он повторял про себя, что нельзя сейчас, нечестно вот так поддаться, не подумав, не взвесив… и наваливался всё сильнее, всем телом, точно пытаясь вернуть её из раздумий о будущем в это здесь и сейчас. Морт клубилась вокруг, как дым; узловатые ветки деревьев стукались друг о друга, словно, на сильном ветру; камень становился мягче и мягче, как песок, как перина, и кто знает, что случилось бы дальше, если б они не скатились вниз, с берега.