Книга Север и юг, страница 173 – Софья Ролдугина

Снаружи и впрямь стояла самоходная повозка – не такая манёвренная и лёгкая, какие раскатывали по Шимре, но и не такая неуклюжая громадина, на которых передвигались караваны по пескам. Внутри оказалось отнюдь не жарко – по углам висели охлаждающие воздух «фонари» с сияющими капсулами внутри. Посланник, ловко подвернув полы своих длинных одежд, вскочил на место возницы и сноровисто ухватился за рычаг.

— Вы держитесь лучше, госпожа.

…он и впрямь быстрее ветра, а ещё лихачил на поворотах. Поначалу Фог пропустила его предупреждение мимо ушей, но затем, дважды пребольно ударившись плечом, на всякий случай приклеила себя морт к лавке. Зато поездка закончилась очень быстро – пронеслась за окном череда улиц, пустеющих в преддверии дневной жары, и вот уже показался впереди роскошный дворец, примыкающий к храму.

— Прошу, госпожа, – посланник протянул руку, помогая выбраться из повозки. – Надеюсь, путешествие вас не утомило?

Стало смешно.

— О, нет! – с лица никак не получалось согнать дурацкую улыбку, недостойную благородной учёной-киморта. – Напротив. Надо будет попробовать как-нибудь сундук тоже разогнать посильнее.

— Сундук?

— Ну, по пустыне я на сундуке передвигалась. Он большой, там, пожалуй, человека четыре поместятся. А если чуть подъёмную силу увеличить…

После визита в резиденцию михрани было ясно, куда надо смотреть и на что стоит обращать внимание. И теперь, вновь проходя через анфилады следом за посланником, Фог невольно отмечала, что слуги, которые попадаются по пути, облачены не в прозрачную кисею, а в обычные одежды, в каких и по городу не стыдно прогуляться. Курильницы встречались изредка, и испускали они лёгкий, свежий дымок – так пахнет смола на севере, если её разогреть между пальцев. Все комнаты хорошо охлаждались, а в некоторых – в тех, где били прямо из пола фонтаны, – становилось даже зябко.

— Сюда, госпожа.

Фогарта очутилась в просторных, очень светлых покоях, обставленных по сравнению с предыдущими помещениями весьма скромно. Пол был вымощен молочно-белыми плитами с едва заметным золотистым орнаментом; в стенных нишах располагались вазы, некоторые пустые, а другие – с букетами из бледно-розовых цветов. Искусно расписанный потолок на языке образов, понятном даже чужеземке, рассказывал о том, как в Кашиме появились его знаменитые три дюжины источников. Ближе к внешней стене, под витражными окнами в голубых и лиловых тонах, располагался стол, накрытый для чаепития – множество чаш разной высоты и глубины, наполненных фруктами и сластями, сыром и крохотными ароматными лепёшками, а также сосуды с напитками, горячими и охлаждёнными.

«Ловушка?» – пронеслось в голове.

Однако морт показала, что ничего подозрительного ни в угощении, ни в воздухе нет. Даже травы, которыми были набиты подушки для сидения, были самыми обыкновенными, такие использовались повсеместно. Фог успела только устроиться за столом и с любопытством потянуться к незнакомым бледно-голубым водянистым ягодам, когда двери распахнулись и в покои вошёл стройный мужчина, довольно красивый, с сильно подведёнными глазами и с волосами, убранными в замысловатую причёску.

Конечно, она тут же узнала его, несмотря на макияж и перемену одежды.

— Ты! – вырвалось у неё. – Ты ведь посланник?