Книга Север и юг, страница 149 – Софья Ролдугина

Но сердца всё ещё бились.

— Рейна, верёвка готова? – хрипловато спросил Алар. – Сделаешь сейчас, как я скажу.

Девочка словно бы сама не верила, что у неё получится, однако учителя послушалась – и аккуратно направила верёвку в тёмный зев раскола. Скерта, стиснув кулаки, тянула шею, приглядывалась – но приблизиться и спросить, как дело идёт, не решалась. Старики, сопровождавшие её, устали ждать и сели прямо на землю; женщины тоже опустили стреломёты – а некоторые и вовсе закрепили их на поясе, явно утомившись постоянно целиться в неподвижную жертву.

«Отвлеклись, – пронеслось в голове. – Значит, самое время действовать».

По условленному знаку Тайра сперва беззвучно попятилась, пока не очутилась у Скерты и её приспешниц за спинами, а затем так же тихо скрылась в лесу, никем не замеченная – шаги у кьярчи легче ветра.

Пока всё шло по плану, и только одно вызывало тревогу.

«А где тот белобрысый паренёк с сердитыми глазами? – подумал Алар. – Неужто в деревню вернулся? Непохоже… Только бы не испортил всё, уж больно сообразительным выглядит».

— Учи-и-итель, – окликнула его Рейна жалобным голосом. – Всё, верёвка закончилась.

— Ну и что? – тут же ответил он, мгновенно отбросив пустые тревоги. Спасти людей было сейчас важнее всего. – Верёвка закончилась, а морт-то нет. Представь, что верёвка удлиняется – на пол-ладони, на ладонь… Больше и больше тянется. А как представишь, так почувствуй – и передай своё чувство морт. Это и называется стремлением. Всё получится, Рейна. Ты ведь сейчас в той верёвке каждое волоконце знаешь, верно?

— Ага, – откликнулась она, как заколдованная. Глаза её были широко распахнуты, а взгляд устремлён в темноту раскола. – Ой, тянется! Только не верёвка, а морт!

— А какая разница? – усмехнулся Алар, мельком глянув и оценив, что действует Рейна правильно. – Ты наделила морт стремлением – она стала верёвкой. Тяни дальше, куда я указываю. Потихоньку, постепенно…

Вскоре девочка осмелела, и верёвка стала прирастать уже не на ладонь-другую, а сразу на локоть, быстрее и быстрее, пока не достигла наконец пещеры, где находились люди, погружённые в глубокое, сходное со смертью забытьё. Сердца у них бились редко-редко, однако пока не остановились; дыхание, хоть и поверхностное, едва-едва согревало стылый воздух подземелья. Первым Рейна подхватила щуплого мужчину, лежавшего ближе других к выходу: обвила его верёвкой из морт, плавно подняла в воздух и стала медленно притягивать к себе, на поверхность земли. Алар не помогал ей своей силой, но постоянно находился рядом, подсказывал, направлял. Когда спасённый торжественно и плавно выплыл на свет, Скерта от избытка чувств выругалась, хлопнув себя по бокам, а одна из молодых женщин протяжно всхлипнула, уткнувшись в плечо подружке: это оказался её брат.

«Может, и не тронут нас, когда всё закончится? – появилась несмелая надежда. – Посовестятся?»

— Одного достали, а другие где? Он чего, помер что ли? – грубо спросила Скерта, постукивая заскорузлыми пальцами по рукояти меча.

Звонко щёлкнул механизм; кто-то взвёл стреломёт.

«Ну, вряд ли – совестью тут и не пахнет».

— Он жив, – ответил Алар ровным голосом. – Его нужно отогреть. А как очнётся – напоить разведённым вином. В пустыне таких пострадавших вытаскивают на горячий песок, этого хватает, чтоб избавиться от ядовитой пыльцы. Как только дыхание станет глубже, попробуйте его разбудить. А теперь – цыц, хватит мне ученицу отвлекать. Рейна, поднимай следующего.