Книга Беги или гори, страница 183 – Софья Ролдугина

Ладно. Лучше показаться невежливой, чем потом свалиться в самый ответственный момент.

— Рассказывайте то, что стоило бы услышать вашему союзнику, – попросил Ригуми Шаа, когда с формальностями было покончено. Затем бросил взгляд поочерёдно на меня и на Лиору и добавил тихо: – Внимайте.

Ага. Значит, надо проверять слова хакка телепатией. Что ж, разумно.

По большей части рассказ совпадал с умозаключениями мастера и с тем, что ранее поведала Диккери. Только взгляды на роль Пайна во всей этой заварушке разнились – и некоторые сроки, что, впрочем, неудивительно. Хакк, оказывается, узнал о том, кто именно ухаживает за его дочерью, гораздо раньше, чем она считала. Однако не подал виду:

— Я знал, что маг приведёт беду. Сам, если он жаден и жесток, или его враги, если он добр, потому что добрые и одинокие – желанная добыча для тех, кто живёт в горах, – спокойно пояснил хакк. И посмотрел на Диккери: – Но дочь я терять не хотел. Ждал, пока любовь пройдёт, и маг уйдёт тоже. О ребёнке, если бы он родился, мы бы позаботились.

Она вскинула подбородок, заливаясь румянцем, но не от смущения, а от злости.

В тот самый момент я осознала, насколько хакк любил свою дочь.

У шестерых представителей из деревни, приглашённых на импровизированный совет, мысли свернули по проторённой дорожке, общей на всех. «Позаботиться» для этих людей означало утопить, отравить, уронить из окна, удушить ночью… У любого из них дитя от такой связи не прожило бы и нескольких месяцев. И только хакк под «позаботиться» подразумевал именно «воспитать». Жаль, Диккери этого не понимала.

— Продолжайте, – велел Ригуми, слегка сузив глаза.

Вот он-то, похоже, читал между строк даже слишком хорошо.

Дальше воображаемый микрофон перешёл к высокой кудрявой женщине с раскосыми глазами; насколько я помнила, она руководила одной из рыболовных бригад и считалась старшей. По её словам, фальшивые «морские охотники» появились целых шестьдесят дней назад. Тогда их было только двое. В первую встречу они не расспрашивали ни о каком Пайне или Уэкке, наоборот, делились новостями из дальних деревень и, похоже, ожидали в ответ подробного рассказа о том, что происходило в округе. Вероятно, один из молодых рыбаков, влюблённый в Диккери, обмолвился тогда, что-де дочка хакка встречается с кем-то на стороне. И если поначалу сплетня не особенно заинтересовала магов, то затем они отнеслись к ней куда как внимательнее.

— Уэкка, – вздохнул хакк, глядя в сторону. – Они спрашивали о нём, описывали. Но никто из нас не видел возлюбленного Диккери. Мы не лгали, когда отвечали им, что не знаем никакого Уэкки и даже имени такого не слышали.

— А я солгала, – быстро сказала Диккери и опустила взгляд. – Пайн научил меня, как лгать, чтобы никто не понял…

— Пустоумная, – прошипела кудрявая рыбачка. – Магов нельзя обмануть!

Диккери скорчила рожу и тут же приняла благонравный вид, слегка наклонив голову и сложив руки на коленях.

— Как раз пустоумная девчонка и могла бы это сделать, – произнесла Лиора с постным лицом. – Тем более влюблённая.

Я поперхнулась смешком. Да уж, только эмпат или телепат оценил бы шутку.

Но доля правды тут была. Во-первых, мало приятного в том, чтобы копаться в любовных фантазиях бесхитростной дикарки. Во-вторых, моя четвёртая ступень по местным меркам считалась достаточно высоким уровнем, но даже мне с ходу непросто делать глубокое сканирование. В-третьих, далеко не каждый маг в принципе владел искусством внимающих и поющих.