Книга Беги или гори, страница 163 – Софья Ролдугина

Знать бы ещё, что это такое.

Побережье выглядело красиво, но… обыкновенно.

Диво дивное для Лагона.

Песок был мелким, красновато-рыжим, хотя кое-где попадались золотистые или белые отмели. Лао объяснил, что они образовывались из-за течений. Горы подступали довольно близко к воде, на три-четыре километра, но ничего опасного там не водилось. Ни гаюс, ни айры никогда не пересекали невидимую границу, которая проходила с северной стороны по подножию последней высоченной гряды, с вершины которой мы сегодня любовались восходом. Череда каменистых островов служила естественным волнорезом и немного затрудняла выход в открытую воду, однако местные научились с этим справляться. Самые крупные города находились примерно в дне пути отсюда, но мелкие деревушки встречались и ближе.

Густая зелёная трава стелилась в рощах, деревья привольно раскидывали ветви, покрытые широкими листьями или пучками мягких синеватых иголок, гроздья цветов источали сладкие ароматы, а птицы… шрах, я впервые за несколько месяцев услышала пение птиц! На мелководье сверкали чешуёй мелкие рыбки, на камнях грелись панцирные существа, нечто среднее между длинноногими ящерицами и шустрыми черепахами, а их более крупные сородичи, частично покрытые роговой бронёй, дремали на песке, свернувшись клубками. Никто не пугался и не пытался убежать при виде нас, словно тут в принципе не могло произойти ничего плохого, и звери это знали.

Звери. Не айры – я ощущала тень мысли, тень чувства вокруг всякий раз, когда напрягала купол.

— Вот они, лууши. – Лао присел на корточки и, раскопав песок, извлёк яркую раковину в ладонь величиной. – Их запекают с дольками фруктов и пряными травами. Очень вкусно. Только искать нелегко, они далеко закапываются… Но я помогу.

— А как же задание мастера? – растерялась я.

— Одно другому не мешает, – улыбнулся Лао, передавая мне синевато-розовую раковину. На солнце глаза у него стали совсем светлыми, как расплавленное серебро, и ободок вокруг радужки отсвечивал яркой зеленью. – Я слушаю, чувствую, смотрю. Кстати, как ты думаешь, Трикси, почему тебя отправили со мной?

На языке вертелось: «Чтобы позлить Тейта», – но вряд ли Ригуми стал бы так поступать. В отличие от Оро-Ича, он вообще не любил провоцировать людей и с уважением относился к личному пространству, как к физическому, так и к эмоциональному.

Так, что Лао не умеет делать, но зато умею я? И как это увязать с разведкой?

Ответ сам напрашивается.

— Прощупать местность эмпатически и телепатически? – предположила я. – Ну, гм… Искусством внимающих и поющих?

— Думаю, да, – подтвердил он мою догадку. – У мастера свои способы приглядеть за окрестностями, но мы ведь здесь для того, чтобы учиться. Я много раз бывал на побережье. Обычно за припасами ходят восточнее, туда, где кончаются города и начинаются пустыри. Здесь хорошее место, красивое и спокойное, но сюда иногда забредают люди из деревни или причаливают корабли морских охотников. Угрозы от них никакой, но лучше бы нам ни с кем не встречаться.

Я склонила голову к плечу, соглашаясь, и машинально перекинула тяжёлую раковину лууши из руки в руку. Надо присмотреть – значит, присмотрю. Купол у меня сейчас гораздо шире, плотнее и чувствительней, чем был полгода назад, и ночью он не схлопывается. Может, у меня уже не четвёртая ступень, а пятая? Кто подскажет теперь, эх… Да и какая разница по большому счёту. Я меняюсь, расту и чувствую это, а насколько именно, не так важно.