Книга Грехи и молитвы, страница 24 – Ира Малинник

— Ты говорил, что есть две вещи, о которых ты хотел мне сказать, — вдруг напомнил Томас.

«Тут уж я тебя гадать не заставлю», хмыкнул Астарот. «Дело в том, что я… кхм… сломал Печать Белиала. И он придет за мной. И за тобой, естественно, тоже».

Лицо юноши посерело.

— Quid dicis?Что ты говоришь? — воскликнул он. — Что значит, сломал печать? Зачем он придет к нам?

«Какая похвальная тяга к знаниям! Как думаешь, почему этот бедолага в теле ребенка так отчаянно вопил и сопротивлялся мне? Потому что на нем была печать. Накладывая печать на низшего демона, мы как бы запечатываем его волю — он до самой смерти будет беспрекословно выполнять любой приказ, и обычным способом его не изгнать. Вот почему Белиал наложил печать — чтобы деревенский дурачок-священник не смог изгнать демона, махая своим кадилом да Библией, и чтобы демон довел дело до конца.

Но печать может быть сломана другим демоном высокого ранга — их могу ломать я, братец Асмодей или любимый Вельзевул, не говоря уже о Люцифере или Сатане. Теперь ты понимаешь, почему сломанная печать — плохая новость? Потому что Белиал, вероятно, уже знает, кто сломал его игрушку. И уж поверь, у него не займет много времени взять твой след».

— Но зачем он это делает? — Томас еще не до конца верил во все, что рассказал ему демон. — Зачем ему убивать людей руками детей?

«О, это моя любимая часть!», к Астароту вернулось его привычное ехидство. «Видишь, ли, с каждой каплей крови, пролитой рукой невинного во имя демона, у этого самого демона прибавляется силы. Я подозреваю, что Белиалу надоело сидеть внизу. Решил подышать воздухом, так сказать. Вкусить naturae, размяться. Возможно, устроить Ад на земле — но кто я такой, чтобы совать нос в его планы?»

По шее Томаса стекла крупная капля пота, затекла за воротник, неприятно защекотала кожу. Он бросил взгляд на мраморную Марию, и ему на секунду показалось, что из ее глаз снова струится свежая кровь — но это была всего лишь игра света.

— Подытожим, — хриплым голосом сказал он, все еще глядя на Марию. — Сильнейший демон Ада хочет выйти наружу и использует для этого низших демонов — а мы попутали ему планы, и он явится мстить. Так?

«Великолепно. Даже я не изложил бы лучше».

— И чем нам грозит его… месть?

«Меня он, вероятнее, всего изгонит назад, в Ад. Что станет с тобой, думаю, объяснять не нужно».

— Mortem, — пересохшими губами ответил Томас.

«Верно, смерть», согласился князь Ада. «Но у нас еще есть время. Сам он, скорее всего, не явится — не захочет тратить время. Сперва, он спустит на нас своих собак, но с ними я справлюсь. Теперь слушай меня внимательно, мальчик. Вот что нам нужно сделать…»

Томас вышел из церкви, и яркий солнечный свет обжег ему глаза. Казалось, он провел в церквушке целую вечность. К нему тут же кинулся Дарио, сидевший неподалеку в тени.

— Святой отец, как вы? Вы выглядите очень бледным. Пройдемте к Луизе, — он подхватил Томаса под руку и бережно повел по направлению к небольшому домику, стоявшему неподалеку.

— Мне уже лучше, спасибо, — Томас ценил поддержку своего спутника. — Ты не мог бы пригласить местного священника? Хочу с ним потолковать.

— Как только доведу вас, тут же отправлюсь к нему! — Дарио чуть замялся, словно не зная, как подступиться к вопросу. — Скажите, там в церкви… Девочка правда убила их? Тела нашли на заднем дворе. Они…. Пытались бежать.