Книга Край неба, страница 188 – Марк Дж. Грегсон

Родерик смеется, глядя на нее:

— Да это же маленькая девчачья версия Конрада!

Элла бросает на него сердитый взгляд.

— Нет, – говорит Брайс, – как по мне, она круче.

Вот теперь Элла улыбается.

Как странно. Всегда представлял наше с ней воссоединение как некое личное событие. Только для своих, членов семьи. Однако моя семья разрослась: Брайс, Китон, Родерик и Элла для меня теперь самые важные люди. В Низине мать часто говорила, будто бы ей достаточно того, что рядом есть я. Тогда это было непонятно, зато теперь смысл открылся. Мне не обойтись без близких, особенно когда на пороге жестокая война и кровопролитие обещает только ухудшиться.

Элла засыпает, уронив голову мне на плечо, и я поднимаю ее на руки. Как делал, когда она была маленькой. Правда, сейчас она куда тяжелее. Я отношу ее в свою каюту и укладываю на койку. Убираю с ее лба волосы и сажусь поблизости, как сидел рядом с матерью – без надежды, что она дотянет до рассвета, в те ночи, когда лихорадка пекла особенно сильно.

Кем бы ни стала Элла, я буду защищать ее ценой собственной жизни.

Больше мы не расстанемся.

⁂

Венатор окружает как никогда плотное кольцо оборонительных кораблей цеха. Я первым, если не считать Элдона, поднимаюсь на палубу. Утро холодное. Солнце еще только выглянуло из-за горизонта.

Джунгли усеяны золотистыми огоньками. Король и мастера приказали всем цехам пополнить ряды, и вот свежие отобранные рекруты покидают пассажирские суда и направляются к костровым ямам. Скоро и у них начнется свое Состязание. Правда, все будет иначе, ведь оно должно подготовить их к войне.

Как ветераны, мы удостоились привилегии пришвартоваться сразу в порту Академии. И когда я тяну за рычаг, опускающий трап «Гладиана», ко мне с багажом подходит Элдон.

— Спасибо, – говорит он. – Ты так и не отнял у меня струн.

Спустившись на причал, он оглядывается:

— Надеюсь, наши пути еще пересекутся, Конрад из Урвинов. И если да, то, возможно, мы тогда оба будем капитанами. Поохотимся вместе.

— Удачи, – говорю я с улыбкой, – Элдон из Бартемиусов.

Кивнув, он уходит. Шагает по причалу как охотник-ветеран. Лучший пилот из всех, что я знал.

И снова у меня на душе становится пусто, когда из люка поднимается самый большой кусок крачьего дерьма, что я видел. Не думал, что это прощание причинит мне столько боли. Громила подходит и облокачивается о перила. Как ни в чем не бывало.

И только когда он начинает говорить, я вижу, что багажа при нем нет.

— У меня будут условия, – сообщает Громила.

— Условия?

— Первое: ты возьмешь нового кока, черт возьми. Надоело готовить для тебя каждое утро, лентяй хренов.

— Погоди, так ты остаешься?

— Второе: я теперь стратег. Если в моем плане тебе что-то не нравится, ты молчишь в тряпочку. У меня полная самостоятельность.

— А кока нового точно надо взять? Ты так здорово кухаришь!

— Прикрой кричалку, Урвин. Третье: ты кланяешься всякий раз, когда я вхожу.

— Ну тебя к черту! – хохочу я.

Он тоже улыбается.

Мне прямо не верится, что Громила передумал. Я так возбужден, что бужу остальных членов команды через коммуникатор. И вот они все на палубе, смеются. Ветераны, что проходят мимо на пути в Академию, бросают на нас странные взгляды. Мы, пожалуй, единственный экипаж, в котором все обнимаются.