Книга Среди змеев, страница 48 – Марк Дж. Грегсон

Из валяющегося рядом на полу кубика-коммуникатора раздается голос:

— Доложить обстановку, – требует Алона. – Вы схватили принцессу? Где находитесь?

Мы с Эллой переглядываемся.

— Отвечать! – снова звучит голос Алоны.

Подбираю кубик с пола. На наши коммуникаторы он не похож: ни кнопок, ни реле; что здесь крутить и настраивать? Какого дьявола? А самое страшное – я не знаю, как ответить; если промолчать, Алона пришлет еще людей. Скорее всего, с автомушкетами.

Тогда я, копируя плавный акцент Брайс и стараясь избегать твердых «р», произношу шепотом:

— Принцесса у нас. – Говорю, поднеся кубик к губам, в надежде, что меня услышат. – Она без сознания. Куда ее доставить?

Кубик молчит. Не раскусила ли меня Алона? Дошло ли до нее вообще мое сообщение?

Наконец она отвечает:

— Несите ко мне в каюту. Мы сближаемся с «Голиасом», для нас уже готовят ангар. Заходим в док через полчаса, но прежде я хочу поболтать с принцессой.

— Скоро будем, – говорю.

Затем мы с Эллой улыбаемся. О да, Алона, мы скоро будем. Только придем не одни.

* * *

Проникнув на трап, мы с сестрой тихо спускаемся в темноту самого нижнего уровня. Крадемся в тени контейнеров к команде, которая так и сидит на губе; огромный силуэт Громилы загораживает почти всех остальных.

Я привстаю и выглядываю из-за контейнера. Даже если получится всех вызволить, преимущество в оружии все равно на стороне противника. Гауптвахту стерегут шестеро лантиан, и один из них вооружен автомушкетом. Охранники стоят, прислонившись к стене, болтают и шутят о том, что сделает с Эллой Алона.

Элла бросает на меня вопросительный взгляд. Я киваю, и тогда мы выскакиваем из укрытия.

В следующий миг женщина, вооруженная автомушкетом, с криком падает на пол. Родерик и остальные тут же подходят к решетке. Я же отталкиваю оружие в сторону. Дальше мы с сестрой яростно и методично избавляемся от оставшихся лантиан.

Под конец на ногах стоит лишь один из них.

Он улыбается, сжимая в руке кубик-коммуникатор. Вот-вот сообщит о нас своим. Я кидаю трость, но охранник отскакивает в сторону. Хочет уже поднять тревогу… и тут до него доходит, что, отпрыгнув, он приблизился к прутьям решетки.

Могучей лапой Громила хватает солдата. Резко дергает его на себя, зажимает рот и, выбив из его руки коммуникатор, душит. Наконец солдат падает без сознания.

Пока команда радостно улыбается, Элла отпирает дверь гауптвахты. Китон с Родериком первыми кидаются ко мне в объятия.

— Ой, прости, – извиняется Родерик, когда я морщусь от боли в ребрах.

— Ты живой, – говорю я в ответ.

— А что? – с простодушной улыбкой спрашивает он. – Думал, тесак в спину остановит меня?

Я через боль смеюсь вместе с ним.

— Элла, – удивленно обращается к моей сестре Китон, – ты совсем как твой брат.

— Да, такая же пронырливая, – вставляет Громила. – Вы чертовски вовремя к нам заглянули. Если задержались бы еще немного, мы бы сами отправились спасать вас.

Родерик хмыкает.

Мы все замолкаем, когда из тени показывается Арика. Она сильно избита, хромает, под глазами фиолетовые синяки. Громила подает ей руку.

— Арика? – обращаюсь я к нашему коку.

— Ее отделали, – говорит Громила, – когда мы пытались сбежать.

— Давайте убьем этих гадов, – почти не сдерживая злости, просит Арика.

Внезапно лежащий неподалеку кубик оживает: