Книга Среди змеев, страница 222 – Марк Дж. Грегсон

Мастер Коко сказала, что починка «Гладиана» обойдется дороже, чем новый корабль, но я настоял на своем. Тогда она распорядилась, чтобы ремонт выполнили за счет цеха Охоты. Я ведь одолел гигатавна, а цех предлагал корабль типа «Хищник» любому охотнику, который с этим справится. Скоро мой корабль вернется ко мне, и я счастлив. Хотя знаю, зачем дядя спас его, и от этого уже становится страшно. Одна надежда – что пушка «Схлопыватель» пострадала и использовать ее не выйдет.

Некоторые члены моего экипажа остались со мной на «Неустрашимом». Арика устроилась служить коком на его необъятном камбузе, а Громила заглядывает к ней – и далеко не только за добавкой. Жаль, но сестра его, Петля, вернулась к семье. Хорошо еще, что было к кому возвращаться. Армада Атвудов пережила бой, победив детенышей гигатавна, и лишилась в процессе всего нескольких бортов.

Судя по слухам, Атвуды перебрались на влажный теплый юг. Подозреваю, что и Громила вскоре за ними последует, однако сейчас он немного занят с Арикой.

Есения извелась без дела и попросила о временном переводе на другой охотничий корабль. Я и Отто отправил с ней за компанию: пусть растет, крепчает и учится, если хочет и дальше служить на моем корабле, когда тот снова будет готов к полетам. Китон… мы мало чем могли отвлечь ее от мыслей о Родерике, поэтому вместе с Брайс уговорили присоединиться к Есении.

Там она хотя бы с головой уйдет в работу над незнакомым двигателем.

А Родерика мы найдем. Обязательно.

Однако самые громкие новости – о войне. Потеря гигатавна охладила пыл Нижнего мира. Они остались без своего неудержимого оружия и адмирала, а их флот сейчас в разброде.

Во всяком случае, мы на это надеемся.

Впрочем, мы все еще не знаем, где Родерик, да и Себастьян избежал плена. К счастью, война затухает. Без Гёрнера и гигатавна у Нижнего мира ничего нет, разе что оставшиеся звери. Дядя же уверен, что нам вскоре удастся воспроизвести их технологию и тогда мы сами будем командовать монстрами.

Можно сказать, триумф у нас в руках.

Однако сегодня я не чувствую себя победителем, когда мы с Эллой предстаем перед дядей в его величественном кабинете на борту «Неустрашимого».

Дядя смотрит на нас с нескрываемым отвращением, морщится. В этом все дело: он никогда и ничем не доволен. Не остановится, пока не добьется абсолютной власти. Он все два месяца лично пытал Гёрнера и вот теперь глядит на нас как на отбросы.

Мы с Эллой стоим по стойке «смирно». Не возмущаемся, ведь он с легкостью может снова нас разлучить.

Дядя открывает рот, и я с ужасом вдруг понимаю, что он хочет сказать. Он все выяснил. Мое лицо заливает краска. Приблизившись, дядя щурится на меня и на Эллу; сестренка еле выдерживает этот сверлящий взгляд.

— Вы никакие не Урвины, – неожиданно бросает дядя.

«Кто же ему сказал?» – оцепенев, думаю я. В голове проносится тысяча вариантов. Я думаю о возможных последствиях опасного откровения. Чистотой крови Урвинов дядя дорожит не меньше, чем властью.

— Что? – смущенно моргает Элла.

— Гёрнер вовсю лгал, – шипит дядя, – но эту истину подделать не мог. Только не с его способностью передавать воспоминания через металлическую тварь в шее. Вы оба… Ваш дед по матери Хейл был проклятым грязеедом!

Элла трясет головой. Смотрит на меня, ожидая, что я стану возражать, но стоит мне опустить глаза – и она пятится.