Книга Хроники Дердейна. Трилогия, страница 92 – Джек Холбрук Вэнс

Землянин вынул из кармана матовую черную металлическую трубку, диаметром чуть больше двух сантиметров, длиной с указательный палец. С одной стороны поверхность трубки была уплощена, на ней было несколько кнопок, сверкнувших в лучах лампы. Ифнесс что-то отрегулировал и направил трубку на участок стены рядом с Этцвейном. Из трубки вырвался сноп света.

Этцвейн никогда не видел таких четких, детальных репродукций. Быстро мигая проектором, историк пропустил несколько фотографий площади Корпорации и снова отрегулировал устройство. За пару секунд промелькнули сотни изображений. Прибор перестал мигать: на стене появилась площадка перед павильоном в парке Пандамонов, а на ней – неподвижная толпа горожан, собравшихся послушать «отважного путешественника».

— Смотрите внимательно, – сказал Ифнесс. – К сожалению, я не могу одновременно показывать фотографии, сделанные в парке и в таверне. Придется сравнивать их поочередно.

Этцвейн показывал пальцем:

— Вот стоит Гарстанг. Вот этот, этот и этот… Я обратил на них внимание – подходящие кандидаты.

— Хорошо запомните их лица. Аноме, несомненно, умеет изменять внешность. – Ифнесс показывал фотографии, снятые под различными углами, из различных точек. Музыкант и землянин изучали каждое лицо.

— Теперь – пивная в гостинице.

На стене появилась таверна. Многие места за стойкой бара еще пустовали. Музыканты настраивались на сцене. Стол рядом с Этцвейном был свободен – Мателено и Джурджина сидели поодаль.

Ифнесс Иллинет усмехнулся:

— Идеальный маскарад. Вы выглядите самим собой.

Этцвейн не знал, как воспринять это внезапное проявление чувства юмора, и отделался ни к чему не обязывающим кивком.

— Посмотрим, что было дальше. Молодая женщина и Мателено подсели к столу у сцены. Мателено не напоминает вам никого из парка Пандамонов?

— Нет, – сказал Этцвейн и задумался. – Впрочем, он чем-то похож на Гарстанга.

— Учитывайте, что эстеты – генетически обособленная группа, по сути дела – новая раса в процессе формирования.

Историк перешел к следующей фотографии:

— До прибытия дискриминаторов остается примерно пять минут. Почти не сомневаюсь, что к этому времени Человек Без Лица находился в помещении – скорее всего, стоял там, откуда он мог наблюдать за благотворительницей. – Ифнесс расширил сноп света, увеличив изображение, распространившееся в стороны, на потолок и на пол. Перемещая проектор, историк поочередно заставлял каждое из больших, но сохранявших четкость лиц появляться на стене рядом с Этцвейном.

Этцвейн внезапно поднял руку:

— Вот он! В углу бара, облокотился на стойку.

Ифнесс снова увеличил изображение. На них смотрело лицо – спокойное, с широким лбом, хитрыми глазами, небольшим подбородком и тонкой, бледной линией рта. Невысокий человек этот, неопределенного возраста, казался хорошо сложенным и подтянутым.

Ифнесс вернулся к фотографии, сделанной в парке Пандамонов. Этцвейн указал на невысокого мужчину с поджатым ртом и лукавыми, чуть раскосыми глазами:

— Аноме!

— Да, – вздохнул Ифнесс, – если нас не подводят логика и теория вероятности. Насколько мне известно, ни одну из этих дисциплин еще не удалось опровергнуть.

Некоторое время они молча разглядывали лицо Человека Без Лица.

— Что теперь? – спросил Этцвейн.

— Пока ничего. Нужно выспаться. Завтра попробуем узнать, как зовут этого проходимца.