Книга Хроники Дердейна. Трилогия, страница 160 – Джек Холбрук Вэнс

Этцвейн ответил сдержанно и ровно:

— Ваши цели вполне понятны. На какое-то время, однако, о них придется забыть – как придется забыть обо всем, что может помешать решению важнейших, неотложных задач.

— Рогушкоями придется заняться в первую очередь, – кивнул Финнерак. – Мы уничтожим их или заставим убраться в Паласедру. За ними последует очередь магнатов. Их ждет такая же судьба. Очистим Шант от паразитов всех мастей!

— Не могу обещать безусловного исполнения всех ваших желаний, – возразил Этцвейн. – Выплата справедливого возмещения? Да. Прекращение злоупотреблений? Да. Месть, грабежи, насилие? Нет!

— Прошлое невозможно изменить. Будущее себя покажет. – Финнерак упрямо опустил кулак на стол.

Этцвейн решил не настаивать. К добру или не к добру, в ближайшее время помощью Финнерака пренебрегать нельзя было. Что потом? В случае необходимости Этцвейн умел быть безжалостным. Он достал из кармана передатчик.

— Передаю вам прибор, принадлежавший благотворителю Гарстангу. Цветовой код ошейника набирается таким образом. – Этцвейн продемонстрировал процедуру. – Не забудьте, это чрезвычайно важно! Сперва нажимайте на серый индикатор, чтобы выключить реле, взрывающее передатчик в руках похитителя, незнакомого с устройством. Кнопка поиска – красная. Желтая, естественно, отрывает голову.

Финнерак внимательно рассмотрел металлическую коробку с разноцветными кнопками:

— Вы отдаете мне эту штуку?

— С условием, что вы ее вернете по первому требованию.

Финнерак криво усмехнулся, исподлобья наблюдая за Этцвейном:

— Что, если я жажду безраздельной власти? Остается только набрать ваш код и нажать желтую кнопку. Джерд Финнерак станет Человеком Без Лица.

Этцвейн пожал плечами:

— Я вынужден кому-то доверять.

Он не стал объяснять, что у него в ошейнике вместо заряда взрывчатки был установлен предупреждающий зуммер.

Нахмурившись, Финнерак вертел устройство в руках:

— Принимая этот прибор, я бесповоротно связываю себя с вашими планами и с вашей политикой.

— Бесповоротно.

— Пусть будет так – пока мы не покончим с рогушкоями. Впоследствии наши пути могут разойтись.

Этцвейн понимал, что ничего лучшего ожидать не приходилось.

— Меньше всего я доверяю главному дискриминатору, – сказал он. – Только ему было известно, что я собирался навестить лагерь № 3.

— Вы забываете об управлении воздушной дороги. Там тоже знали о ваших передвижениях и могли подстроить западню.

— Маловероятно, – покачал головой Этцвейн. – Дискриминаторы часто запрашивают у них информацию, это обычное дело. Почему бы чиновники в воздушнодорожном управлении придавали Джерду Финнераку особое значение? Только Аун Шаррах знал, что вами интересовался именно я. Завтра придется ограничить его полномочия… Ага, маэстро Фролитц!

Фролитц, вошедший в зал и сразу заметивший двоих собеседников, приблизился с самодовольным видом:

— Ну вот, ты внял моему совету! Разум наконец торжествует.

— Видеть не могу Сершанский дворец, – признался Этцвейн. – В этом отношении я с вами совершенно согласен.

— Мудрое, мудрое решение! А вот и труппа: что за манеры! Вваливаются в таверну, как грузчики после работы. Этцвейн, на сцену!

Услышав знакомую команду, Этцвейн автоматически встал, но тут же опустился на стул:

— Руки как деревянные. Сегодня я не могу играть.