Книга Хроники Дердейна. Трилогия, страница 156 – Джек Холбрук Вэнс

— Да? – подбодрил его Этцвейн. – Лорд Саджарано?

— Еще раз извините за откровенность, но мне придется изъясниться начистоту. Давно уже бытовали слухи, что лорд Саджарано страдает нервным расстройством – в последние годы он вел себя, скажем, по меньшей мере странно. Теперь он вообще не показывается, то есть я его не видел уже несколько дней. Боюсь… боюсь, произошла трагедия.

— Где маэстро Фролитц? – спросил Этцвейн.

— Обычно он проводит время в Большой Гостиной.

Развалившись в кресле, Фролитц пил «Дикую розу», фамильное вино Сершанов, из церемониального серебряного кубка и неодобрительно наблюдал за тремя детьми музыкантов, с криками вырывавшими друг у друга из рук драгоценный том расписных географических карт Западного Караза. При виде Этцвейна и Финнерака Фролитц вытер рот салфеткой и вскочил на ноги:

— Где ты пропадал? Мы уже начали беспокоиться.

— Я объехал почти все южные кантоны, – отвечал Этцвейн, в присутствии маэстро временами забывавший не проявлять детскую робость. – Я торопился и даже не успел побывать на Западе. Надеюсь, вам понравилось отдыхать во дворце?

— Низкопробное времяпровождение! – объявил Фролитц. – Труппа разлагается в праздности.

— Где Саджарано? – спросил Этцвейн. – С ним есть какие-нибудь трудности?

— Никаких трудностей, – отрезал Фролитц. – Он просто исчез. Как он ухитрился, ума не приложу. Своих забот хватало, а тут еще этот чертов дворец!

Этцвейн опустился в кресло:

— Когда и каким образом он исчез?

— Пять дней тому назад, не выходя из башни. Лестницу сторожили. Он вел себя как обычно – то есть как тихий помешанный. Когда ему принесли ужин, окно на верхнем этаже было распахнуто, а Саджарано исчез – испарился, как эйль-мельрат!^[32]

В сопровождении Фролитца и Финнерака Этцвейн поднялся в частные апартаменты Саджарано и выглянул в окно. Далеко внизу темнели мшистые камни.

— Никаких следов! – строго поднял палец Фролитц. – Мы обнюхали каждую пядь земли под башней – ничего!

Комнаты в башне соединялись с нижними этажами единственной узкой лестницей.

— Здесь сидел Мильке, – продолжал Фролитц, опустив палец вниз, – за дверью, прямо на ступенях проклятой лестницы, и обсуждал… короче, крутил шашни с младшей горничной. Не спорю – Саджарано мог застать их врасплох и как-нибудь протиснуться или перескочить через них, не знаю. Вся штука в том, что он не выходил!

— У него была веревка? Канат можно сделать из портьер или постельного белья.

— Даже если он спустился по веревке, на мхе остались бы следы. Кроме того, веревки не было – портьеры на месте, белье в целости и сохранности.

Фролитц присел было на диван, но тут же вскочил, потрясая над головой дрожащими кулаками:

— Как он сбежал? Я на своем веку чего только не видел – но это же просто уму непостижимо!

Этцвейн молча вынул кодирующий передатчик, набрал цветовой код ошейника Саджарано и нажал красную кнопку поиска. Прибор сразу же тонко запищал. Этцвейн описал рукой широкую дугу – писк сменился удовлетворенным гудением, снова превратившимся в писк.

— Не знаю, как он сбежал, но ушел он недалеко, – сказал Этцвейн. – Саджарано где-то в лесах Верхнего Ушкаделя.

Уже давно стемнело, но Этцвейн, Финнерак и Фролитц отправились на поиски. Пройдя по дворцовому саду, они поднялись по алебастровым ступеням. Скиафарилья бледно освещала путь. Они миновали фигурный павильон из гладко-белого стекла, где справлялись тайные мистерии рода Сершанов, потом пробрались через густые заросли деревьев-близнецов и гигантских кипарисов, разводя руками и ломая переплетения скрюченных ветвей желтокостницы – и вышли на дорогу Верхнего яруса. Передатчик показывал, что дальше идти нужно было прямо вверх – в темный лес над Верхним ярусом.