Онлайн книга «Год Горгиппии»
|
— Да, я тоже… в своём роде… была жрицей Земли, – она сильно сжимает губы, они от напряжения белеют. Она печально смотрит на меня, и я едва могу выдержать этот взгляд – вряд ли ей пришлось легко, одной и в чужой культуре. Я до этого момента и не понимала, как сильно нуждаюсь в опыте девушки, на протяжении многих лет ежемесячно переживающей церемонии Луны. — И как ты… — Лекари предоставили мне выбор, – она нервно приглаживает волосы, убранные в пучок на затылке, – я бы не вытянула материнство в одиночку, без племени. Пришлось… Мы обе недолго молчим. Ниару, собравшись с мыслями, наконец говорит мне то, что я сама от себя испуганно гоню. — Иногда ты сама – это уже причина, которая важнее обстоятельств и условий. Запомни это, если останешься в Горгиппии… будущая Владыка. Владычество – это рожать себе воительниц и хранителей, которые будут защищать мою власть над племенем, как мы с сёстрами защищаем Ша. — Но как тебе позволили? – задумчиво уточняю я. – Как тебе позволили сделать такой выбор, когда в мире женщины почти лишены возможности… — Ресурсы не безграничны, Шама, – Наиру впервые произносит моё имя, должно быть, слышала, как меня зовут соплеменники, и я вздрагиваю. – Все здесь пытаются выжить. Дети рождаются с пятнами на коже, которые разрастаются и сжигают их за несколько лет жизни. Даже животные остались лишь в горах, Синдика едва справляется. Все силы и молодые умы брошены на поиск решения многих… проблем: от вырождения сортов еды до странных поступков людей, остающихся наедине с собой у морской воды. – Она выразительно намекает на моё странное поведение. – Горгиппия – наш полис-спасатель. Поверь, тебе повезло, что тебе позволяют здесь остаться. Зайди к ним и выбери факультатив. Стань швеёй или смотрительницей песка. Брось эти пустые поиски в первобытной пустыне. — Я буду делать то, что умею. Охотиться. Я очень меткая! – И это не должно звучать угрозой, но звучит. Пренебрежение Наиру, выказанное нашей родной Скифии, задевает меня. – Уж пригожусь. Не всем быть предательницами. — Лучше делать то, к чему сердце лежит, – она пожимает плечами и резким движением вынимает шлем из-за пояса, чтобы водрузить его на голову. – Лучше предать народ, чем себя. В своей броне она крайне хороша, но глаза её, яркие и пустые, полностью соответствуют её душе. Я отворачиваюсь вместо прощания и жалею, что посчитала себя похожей на неё. Я не смогу так запросто оставить Ша и Ма, не смогу перестать быть скифкой. Синдика чужая мне. Пески под ногами жадно утягивают меня, мешая идти. Море вскипает, пенится и шипит хищным зверем. Я решаюсь уйти обратно к Институту, оставив Ниару и Море далеко позади. Вскоре вместо песка я нахожу под ногами твёрдую почву, и это дарит мне спокойствие. * * * — Шама! Вот ты где! Я слышу обеспокоенный голос Ма и выглядываю из-под накинутого на голову платка, который сделала из подола своей туники. Мои тёмные волосы притягивают к себе солнечные лучи, и несмотря на то, что горизонт алый, а Солнце возвращается в свои Колхидские ворота, – даже мои пятки перегрелись. Я вернулась во внутренний двор с берега и успела обсохнуть, пока ждала хоть кого-то знакомого. Стайки студентов проплывают мимо – в белых одеждах, с дощечками для записей в руках; они общаются друг с другом, строят планы, спорят и смеются. Я замечаю статную девушку со светлыми волосами – она единственная кажется мне здесь неуместной, как я сама. На фоне смуглых синдов её светлая, не тронутая солнцем кожа почти сияет. Но она как появляется в толпе, так и внезапно растворяется в ней, вынуждая меня задуматься, а не гуляют ли богини среди обычных учеников. |