Книга Академия Арканов, страница 119 – Элис Кова

— Ты – Колесо Фортуны, самая малопонятная карта из Старших Арканов, потому что твоя сила – сама удача, изменяющая судьбу. Именно удача позволяет тебе любыми чернилами создавать любые Младшие Арканы.

Мой побег из Халазара, доступные мне тогда чернила… и даже то, что Главстоун с каждым месяцем давал все меньше и меньше материалов более низкого качества. Мои подозрения оправдались: все это было проверкой.

— Каждый Старший Аркан напишет этими водами по одной золотой карте.

— Не серебряной? – Я так поняла, что серебро – признак удачно нарисованного Старшего Аркана.

— Серебро означает, что Старший Аркан можно использовать. Обычная карта. А нарисованная здесь будет особенной, золотой. Она отражает всю суть аркана, и только с ее помощью можно призвать Мир. Эти карты можно нарисовать лишь раз, их нельзя использовать, и существуют они в единственном экземпляре. Арканист, поместивший Старшие Арканы в прорези и предложивший сосуд, в котором сможет воплотиться Мир, и станет владельцем этой силы. – Он пальцами скользит по углублению сбоку от меня, по прорези, предназначенной для моей карты, для Колеса Фортуны. – У меня тринадцать золотых карт, а когда вы с Сорзой разберетесь со своими арканами, их станет пятнадцать. Я либо встречал людей в академии и приводил их сюда, либо специально доставлял их сюда, чтобы они нарисовали карту водами Мира.

— А остальные пять?

— Пока ни у кого не проявилась Звезда. Остальные четыре у моего отца.

— Он не заставил тебя отказаться от золотых карт? – Мои слова пропитаны скептицизмом.

— Их рисовали передо мной, а не перед ним, поэтому они попали ко мне в руки. И он думает, что со мной они в безопасности. – Кэйлис пожимает плечами, давая понять, что считает подобное решение отца глупым. – И ни один из нас не может призвать Мир, не имея всех карт.

— То есть ситуация патовая, – бормочу я себе под нос. Если отец затребует карты, то потенциально поссорится с сыном, который контролирует магию. Риск того бы не стоил, если только он не собирается использовать карты.

— И вот тут в игру вступаешь ты. Я не могу достать карты, а отец никогда от них не откажется. Но… – Он слегка опускает подбородок. – Прежде не было рисовальщика вроде тебя. Я еще не встречал настолько везучего человека, которого даже принц смог поймать лишь с помощью хитроумной ловушки.

— Но только Старший может нарисовать свою карту. – Я помню, что мне говорили другие.

— Карту, которая работает, да.

— Ты веришь, что с моими навыками я смогу нарисовать точные копии четырех Старших Арканов, которые есть у твоего отца. – Наконец я распутываю паутину, частью которой стала. – Ты планируешь украсть их.

— Молодец. – Похвала застревает у него в горле. Я едва не вздрагиваю в ответ, но сдерживаюсь. – Отец навестит нас в День Пентаклей. Мы придумаем, как вас познакомить. Он никогда не расстается с картами, скорее, умрет, чем позволит кому-то взять их. – Кэйлис закатывает глаза. Я воздерживаюсь от замечания, что не стоит сбрасывать со счетов вариант с убийством короля. – Как только увидишь карты, я уверен, ты сможешь нарисовать копии. Остаток года я дам тебе на совершенствование навыков. А потом, на балу в честь Пира Кубков, мы подменим их. Он ничего не узнает, а у меня будет все необходимое, чтобы призвать силу Мира.