Книга Никому не говори, страница 19 – Марина Зимняя

Герман! Герман! В этой семье есть только один ребенок! Закипаю от ее слов, запихивая оба наушника в уши. Включаю воду и быстрыми движениями споласкиваю чашки, после нашего «семейного чаепития». Ставлю их на сушилку и ухожу к себе. Раскрываю учебник и одновременно с прослушиванием, читаю текст проговаривая его в полголоса.

— Ты реально готовишься к литре? — прилетает сообщение от Алинки.

— Да, — отвечаю, ей коротко убирая телефон. Через несколько секунд телефон начинает вибрировать.

— Джерри! Ты серьезно? Кулак приказал всем учить поэму. Говорит, ты попросила. Ты что реально собираешься проглотить те двойки. Я тебя не понимаю.

— И не поймешь.

— Ну пожалуйста, Джерри! Давай еще побайкотируем ее? Мне что всю ночь теперь не спать! Я думала, что он шутит. Ты зря удалилась из нашего чата. Там такие баталии сейчас идут.

— Мне не интересно.

— Хорошо тебе, а вот мне интересно. Ты футболишь его, а он из кожи вон лезть готов, чтобы вернуть тебя. Он даже заплатить пацанам пообещал если они выучат. Говорит, что это часть твоего плана.

— Какого плана?

— Ну как какого? Твоего! Он сказал, что ты собираешься поставить ее на место. Каким образом никто так и не понял, но выучить нужно обязательно. Джер, можно я не буду? Не хочу, поздно уже…

— Мухина, делай что хочешь, нет никакого плана. Я не знаю, что за интриги там плетет Кулак.

— Ну ты же сама сказала, что ты учишь!

— Ну и что?

— Значит есть какой-то план?

Алина бесит меня! Бесит невероятно! С трудом сдерживаю себя, чтобы не выплеснуть на нее весь негатив концентрирующийся во мне после общения с мамой.

— Алина, выучи третью часть, она поставит тебе трояк и все на этом.

— А ты все выучила?

Сбрасываю звонок, оставляя ее последний вопрос без ответа. В голове каша. Но как ни странно, когда я закрываю учебник, вытаскиваю наушники и начинаю рассказывать. Поэма льется сама собой, слово за словом, предложение за предложением. Сама от себя не ожидая, прихожу в невероятный восторг, от того что читаю стихи не запинаясь. Ловлю себя на мысли, что мне нравится, то что выходит, нравится, как они звучат, даже свой собственный голос мне нравится, и то с какой интонацией мне удается произносить слова, тоже мне очень нравится.

Ставлю будильник на пол седьмого, но просыпаюсь за пять минут до него. Вынимаю учебник из-под подушки и трижды пробегаюсь глазами по тексту.

Я выучила! Я все выучила! Звенит в моей голове мой же голос.

На всякий случай снова втыкаю наушники в уши включаю аудиозапись, иду умываться. Дверь в комнату Гера приоткрыта, заглядываю в щелочку. Брат лежит на кровати на животе. Он в футболке и джинсах. Хорошо, что кроссовки снял, явился вчера во втором часу ночи и под мамины причитания завалился спать, не раздевшись и не приняв душ.

Тихонько приоткрываю дверь маминой комнаты. Пахнет сердечными каплями. Мама спит на боку отвернувшись к окну. Тихонько прикрываю дверь. Готовлю себе завтрак, одеваюсь и не вынимая наушники из ушей выхожу за дверь.

Отвратительный запах бьет в нос, когда Мурза распахивает дверь кабинета. Литература первая, я специально решила прийти под звонок, чтобы ни с кем не разговаривать. Класс толпился у двери, все в буквальном смысле отскочили от кабинета закрыв носы и рты ладонями. Я ровняюсь с толпой, рука инстинктивно поднимается и зажимает нос.