Книга После развода с предателем, страница 78 – Адалин Черно

Это Юлька. Она всегда открывает окно в комнате и это создает сквозняк с отырытым окном в коридоре. От этого с оглушающим грохотом стучит дверь. Слышу, как она шлепает босыми ногами по коридору, и сердце сжимается. Она же не знает, что вчера ее отца чуть не довели до точки кипения из-за того, что какой-то незнакомец стоял у ее школы.

Я встаю, наспех одеваюсь и спускаюсь готовить завтрак. На кухне еще никого нет. Юлька наверняка в ванной чистит зубы. Чтобы отвлечь себя от мыслей — приступаю к готовке, а чтобы взбодриться — запускаю кофемашину на двойной эспрессо.

— Доброе утро, — Юлька появляется на кухне с растрепанными волосами, расческой в одной руке и резинкой в другой. — Поможешь? Никак не получается сделать хвост.

— Конечно.

Усаживаю ее на стул, связываю волосы в высокий хвост. Она довольно улыбается и тянет носом.

— Что готовишь?

— А то ты не знаешь!

— Кокосовые блинчики.

— Именно!

Я была уверена, что Юлька узнает запах.

Я достаю тарелку и выкладываю первую порцию, которая улетает буквально за минуту.

После завтрака идем собираться, потому что у Юльки занятия, а мне нужно отвлекаться, чтобы не думать, в каком положении я оказалась. С какой стороны не посмотри, я в западне.

Мы выходим вместе. Юлька поправляет рюкзак на плече, я — сумочку. Охранник у входа, при виде нас, вежливо, но твердо объясняет, что у него есть распоряжения никого не выпускать.

— Но… у Юли расписание и… — пытаюсь я.

— Все отменено до дальнейших распоряжений, — отвечает. — Пожалуйста, вернитесь в дом.

Я перевожу растерянный взгляд с охранника на Юлю и вдруг понимаю, что она совсем не удивлена и не обеспокоена.

— Такое происходило раньше, верно?

— Да. И не раз. Папа часто отменяет мои занятия, если считает, что это может быть опасно.

Интересно, он объясняет дочери, почему это может быть опасно или просто запирает клетку и набрасывает накидку, считая, что оберегая от опасного мира, а на самом же деле только делает мишень привлекательней.

Мы возвращаемся в дом, и я чувствую, как нарастает раздражение. Не на Юльку, конечно, а на ее отца, который принимает решения за всех, даже не удосужившись объяснить причины.

— Юль, а долго обычно длятся такие… каникулы? — спрашиваю, стараясь говорить легко.

— По-разному. Иногда день, иногда неделю. А один раз мы вообще месяц никуда не выходили из дома.

— Месяц? — не могу скрыть удивления.

— Ага. Тогда приходили какие-то дяди к папе. Говорили долго, а потом папа сказал, что нам опасно выходить. Мне было скучно, но зато няня тогда была хорошая. Мы с ней рисовали и книжки читали.

— А где она теперь?

Юлька пожимает плечами.

— Уехала. Папа сказал, что она больше не нужна, потому что есть ты.

Что-то холодное проползает по спине. Помнится, Тимур говорил совершенно другие вещи. Например, то, что это Юля хотела меня в няни.

Я начинаю понимать, что жизнь в этом доме строится по правилам, которые мне еще предстоит изучить. И правила эти может устанавливать только один человек.

— Оля, — Юлька дергает меня за рукав. — А ты останешься надолго?

— Не знаю, солнышко.

— А я хочу, чтобы ты осталась. С тобой интереснее, чем с нянями. И папа улыбается чаще, когда ты рядом.

Сердце сжимается. Эта девочка уже привыкла ко мне, привязалась. А я даже не знаю, что со мной будет завтра.