Книга Пряник и Пшёнка, страница 18 – Тата Кит

— Мне еще неделю кошмары будут сниться, — произнес Артём вполголоса, на что я мягко толкнула его плечом.

Соня сразу повисла на моей шее, а Варя переметнулась к Артёму.

— Я тебя очень сильно люблю, — сказала она своему братишке и чмокнула в щеку, крепко обняв.

Парень мило улыбнулся в ответ — зрелище невероятное. Не потому, что я начала млеть от его улыбки, а потому что уже свыклась с тем, что этот парень так мило улыбнуться никогда не сможет.

— А я тебя люблю, — пролепетала маленькая Сонька в моих руках и крепко-крепок обняла меня за шею.

— Ты ж моё солнце, — обняла я ее в ответ и мягко прижала к себе. Прелесть, что за детеныш.

— Говорим «птички» — скомандовала Варя, и я снова отвалилась на широкое плечо парня, заглянула в кадр. Четыре улыбки застыли на фото, а затем Артём сделал еще несколько фотографий, чтобы девочки могли еще немного попозировать и не мешать родителям делать то, что они там делают.

В кухонной зоне погас свет. Солнце за окном еще только опускалось к горизонту, так что темно в доме не стало, но зато образовался приятный полумрак, в котором было отчетливо видно, как горят свечи на торте.

— Торт! — взвизгнули девочки и побежали к столу. Я так быстро встать не смогла бы, поэтому с грацией объевшейся черепашки с задницы перекатилась на руки и оттуда уже встала на ноги, гордо проигнорировав руку парня.

Пусть не прикидывается хорошеньким. Даже на сытый желудок я помню, какой он говнюк.

Естественно, никто возражать не стал, и свечи на торте задули девочки. Они же сцарапали с торта весь декор, а недоеденные ими куски основного торта достались их родителям. Сами же девочки, съев всё, что для них было самым вкусным и интересным, вновь вернулись в гостиную и продолжили свои игры.

К счастью, даже без декора торт оказался просто бомбическим. Если бы мне позволяли приличия, я бы запросила ещё кусок, а то и два.

— Слушай, Оль, а приезжай в следующие выходные к нам. Приедет моя подруга Лена со своей семьей. Устроим барбекю, как раз новую беседку опробуем, а-то мы в ней еще не собирались…

— Я подумаю, — ответила я уклончиво.

— Тём, — требовательно обратился Михаил Захарович к сыну.

— Посмотрим, бать. Учёба, работа…

— Так мы вечером соберемся. Там буквально пару часов, — продолжала уговаривать Марина Олеговна. — Посидим приятной компанией. Да, и вообще, приезжайте к нам почаще. Мы всегда рады.

Мы с Артёмом молча переглянулись, прекрасно понимая, что меня здесь больше не будет. Но ничего конкретного отвечать не стали.

Ближе к девяти часам вечера, когда я поняла, что нахожусь в этом доме почти четыре часа, Варя и Соня начали зевать и тереть глазки.

— Мои прянички спать захотели? — погладила их Марина Олеговна по головам.

— Мои камазики, — деловито заявил Михаил Захарович и подхватил обеих девочек на руки. — В ванну и отбой, малявки?

— И сказку!

— Конечно, — согласился глава семейства.

— Только нормальную, Миш, — внушительно произнесла Марина Олеговна. Словно припоминая мужу что-то.

— Спокойной ночи, девочки! — помахала я им рукой, пока папа нёс их на второй этаж.

— Спокойной ночи! — бодро отреагировала Варя.

— Поси носи, — более сонливо ответила Соня, обмякнув на отцовском плече, по которому комично растеклась ее пухлая щечка.

Пока Михаил Захарович и Тёма купали девочек, я помогла Марине Олеговне убрать со стола и помыть посуду. Она сопротивлялась, но я была непреклонна. К тому же, это единственное, чем я могла бы ей отплатить за прекрасный ужин.