Книга Пряник и Пшёнка, страница 101 – Тата Кит

— Ну, мы, наверное, уже поедем? — произнес Макс, понимая, что пора оставить семью Костровых отдохнуть от нашего общества.

— Нет. Это не обсуждается, парни, — отрицательно качнул головой Михаил Захарович. — На этаже есть гостевая комната и здесь целый диван. Остаётесь с нами, пацаны. Нам с Тёмкой нужно будет с кем-то похмелиться на завтрак.

— Да, мальчики, — согласилась со своим мужем Марина Олеговна. — Куда вы на ночь глядя? Оставайтесь.

Немного помявшись (приличия ради), братья решили принять приглашение. Лично я уже было в Тёминых шмотках и никуда уезжать не собиралась.

А дальше кто-то имел неосторожность сесть на пульт и включить мультик. Девчонки сразу усадили всех на диван перед телевизором.

Меня в свои объятия сразу сграбастал Тёма и укрыл пледом. Варя и Соня взяли себе не только по пледу, но еще прихватили каждая по моему брату: Варя выбрала Макса, взобравшись к нему на руки и деловито укрыв обоих пледом, а Соня залезла на руки к Лёше, сунула ему в руки плед и сказала: «делай». Усмехнувшись, Лёша завернул юную дерзкую мадам в плед и устроил кроху у себя на руках.

Марина Олеговна приглушила свет в гостиной и села в соседнее с Михаилом Захаровичем кресло. Вложила кисть в его протянутую ей ладонь и мило улыбнулась, смахнув с очков медный локон.

— Вот это у нас с тобой шпаны, Марусь, развелось! — шутливо присвистнул Михаил Захарович, глянув на диван, на котором мы все сидели.

— И все наши, — поддержала его жена.

— Да, я хорош, — самодовольно протянул Михаил Захарович.

Как же хорошо вернуться вечером домой после учебы и работы. Ноги гудят, голова тоже, но предвкушение того, что я сейчас поем и прижмусь к Пряничному боку, стоит того, чтобы устать к концу дня.

Тёма тоже совсем недавно пришёл с работы. Универ он закончил с красивым красным диплом несколько месяцев назад и теперь работает как самый настоящий взрослый в пожарной части.

Выйдя из ванной, я погасила в ней свет и пошла на запах чего-то съестного и, похоже, очень вкусного.

Пряня уже расставил на столе тарелки, перемешал спагетти в сковороде и поймал меня, тянущуюся к верхнему ящику за кружками для чая, за талию.

— Ой, привет, — сделала я вид, что только что его заметила, а у самой улыбка такая, что шире просто невозможно.

— Ну, привет, — хмыкнул Тёма и накрыл мои губы своими, оставив тягучий сладкий поцелуй, мгновенно пустивший вокруг нас ауру из розовых сердечек и пухлозадых ангелочков. — Вкусная, — довольно протяну Тёма, мягко от меня отстранившись, чтобы снять с плиты сковороду.

— Семак бахнула, пока домой ехала. В кармане куртки нашла. Со вкусом порошка.

— И катышек с ними? — хохотнул Тёма.

— И катышек. Он, кстати, до сих пор в кармане. Прикольно катать его. Расслабляет.

Я налила нам с Тёмой горячий чай, поставила кружки на уже накрытый стол и села на выдвинутый для меня стул. Тёма устроился рядом и придвинул меня ближе к себе, притянув за ножку стула. Устроил меня между своими ногами, стянул с одного плеча ворот своей футболки, что была на мне, и периодически оставлял на коже легкие поцелуи.

Мы болтали, смеялись, целовались… нашим отношениям уже пять месяцев, а мы всё никак не можем перестать целоваться как прыщавые подростки, впервые узнавшие, что такое поцелуй по-взрослому. Честно говоря, я уже забыла о том, что такое жизнь без Тёмы, как можно без него спать, есть или начинать любой свой день? Даже, если мы ссоримся, мы всё равно не перестаем друг друга любить, просто делаем это чуть агрессивнее, чем обычно, когда вместо того, чтобы аккуратно укрыть любого пледом, швыряем этот плед в лицо, чтобы любимая падла не замёрзла.