Книга Свидание в лифте, страница 123 – Тата Кит

А я сегодня поняла, что окончательно доверилась Лёше. По крайней мере, я смогла со спокойным сердцем оставить их с Варей одних и принять душ.

Глядя на себя в запотевшее зеркало, разглядела разбитую нижнюю губу, которая припухла и теперь мне пару дней будет больно улыбаться. Синяки на руках и ногах тоже не прибавляли мне шарма, но они хотя бы не мешали мне двигаться. Но, скорее всего, проснувшись завтра утром я буду думать иначе.

Выйдя из душа в одном полотенце, заглянула в комнату к Варе. Дочка спала. Спал и её сказочник. Как сидел на полу у кровати, так и уснул с книжкой в руке.

— Лёш, — позвала я его шёпотом, не надеясь, что он услышит меня с первого раза.

Но он сразу отреагировал, дёрнув головой и выдохнув сонное:

— М? — проморгался и размял пятерней шею. — Вырубился и не заметил.

— Устал?

— Есть такое. Ночь не спали же.

— Угу.

Лёша поднялся с пола, положил книгу на полку и, дождавшись, когда я поцелую дочку, вышел вместе со мной из комнаты.

Поймал меня за руку и подушечкой пальца мягко огладил темный синяк.

— Жалко, ты его не пристрелила, — изрек он вдруг.

— Я про пистолет даже не вспомнила, если честно. Не боевиками, всё-таки, воспитана, — хмыкнула я.

— Угу, — усмехнулся Лёша. — Сказала девушка, чей батя пришёл к ней в шесть утра с ружьём.

— Упс, — поморщилась я нарочито неловко.

Лёша отпустил мою руку и заглянул в глаза. Долго, с щемящей нежностью, согревающей душу. Подушечкой большого пальца погладил подбородок и, сделав последний разделяющий нас шаг, мягко поцеловал в покалеченную губу, а затем и в ладонь, что я оцарапала об асфальт.

— Больно?

— Немного.

Шумно вздохнув, он обнял меня, прижав щекой к широкому теплому плечу. Крепко обхватил мои плечи, уткнулся носом во влажные после душа волосы и затих. Обняв его торс, я тоже позволила себе расслабиться и закрыть глаза. Ещё немного, и мы так стоя и уснём.

‍

— А ты у меня мощная, — вдруг произнес Лёша. В его голосе я слышала улыбку.

— В смысле? — приоткрыла я глаза.

— Ну, даже не заплакала. Не испугалась. Ещё и разнимать нас полезла.

— Да-а, — протянула я с гордостью. Снова закрыла глаза и крепче прижалась к Лёше. — Мы, милфы, такие.

— Не. Это только у меня такая. Выберем дачу? — вдруг спросил он. — Мне Макс ноут оставил с предложениями.

— Ты всё ещё намерен впечатлить моего папу?

— Пацаны слов на ветер не бросают. А ты знаешь, что я хлебушек в этих делах. Выберешь?

— Давай, хотя бы завтра, Лёш. Сегодня, честно говоря, уже нет никаких сил.

— Иди ложись, а я в душ и к тебе.

— Угу. Кстати, — заглянула я в его глаза. — Не подскажешь, почему у бывшего вдруг оказались сломаны руки и нога? Помнится, в машину его грузили вполне целым. Ну, не считая того, что ты разбил ему лицо…

— Поскользнулся, наверное, — загадочно улыбнувшись протянул Лёша. — Сама же видела, что сегодня скользко на улице.

— Ну-ну, — повела я бровью. — И это совершенно никак не связанно с тем, что ты отлучался куда-то и имеешь знакомых в полиции?

— Абсолютно никакой связи.

Ну, сама невинность. В помеси коня с котенком сейчас явно преобладал котёнок.

— Ладно, агнец Божий, иди в душ, а я пока родителям и Кате сообщу, что я дома и всё хорошо.

— Бате скажи, что под дверью и у подъезда охрана. Пусть знает, что я чёткий.

— Ну, ты сегодня вообще звезда всего дня. Обязательно скажу.