Книга Развод. А была ли месть?, страница 78 – Дора Шабанн

— Так это ж когда будет с учётом нашей численности? Это год, а то и полтора! — сначала впала в ступор.

Уж больно неожиданное предложение и сильно поперек всех моих идей и планов.

— Ну, так и отлично! — любимый начальник усмехнулся. — К тому времени все свои этапы повышения квалификации пройдёшь, кабинет психотерапевта себе заведёшь, клиентуру соберёшь. Возможно, даже из дорогих коллег. Мы утрём скупую слезу и отпустим тебя в свободное плавание.

Да уж, Шеф у меня хваткий и весьма креативный товарищ, но идея его показалась интересной, хотя бы из-за того, что сейчас, на этапе обучения, у меня по-прежнему будет моя приличная зарплата. Ну и возможность «потренироваться на кошках» тоже очень кстати. Где я возьму столько вынужденных клиентов? А у этих просто не будет выбора, ха.

На том и порешили.

Так что теперь у меня три раза в неделю были вечерние лекции, два раза в месяц — субботний «интенсив» с девяти и до «как пойдет». А в первое воскресенье месяца я проводила тренинги для коллег на основном месте работы.

В те субботы, когда я не могла посещать игры Марьяны, туда исправно ходила Влада. А после мероприятия дочери дружно слали мне фотографии, как они, вместе с Мирославом Илларионовичем и коллегами по команде, в случае победы ходили в ближайшую пиццерию, отметить это дело.

Если девчонки проигрывали, Муромов устраивал им разбор полётов и сдержанную выволочку, примерно на полчаса, а после этого разгонял по домам.

Мои шли в кафе: выпить какао, пожаловаться друг другу на мировую несправедливость и утешиться плюшками. Оттуда тоже присылали видео и фоторепортажи.

Да, жизнь моя заложила крутой вираж. Снова.

Опять я оказалась занята чуть ли не круглые сутки.

На сон оставалось не больше пяти — шести часов, но, тем не менее, почему-то я чувствовала воодушевление, эмоциональный подъём, желание идти вперёд и преодолевать препятствия.

И конечно, Мирослав Илларионович продолжал регулярно звонить, с удовольствием приглашал нас с девочками в кафе после игр, которые я посещала, все время мило шутил, рассказывал байки из своей юности и спортивной карьеры, кормил нас вкусностями, а потом провожал домой.

С каждой новой встречей мне всё сильнее казалось, что он действительно заинтересовался моей персоной.

Но все равно было трудно поверить дочерям, твердившим:

— Мама, Мирослав Илларионович в тебя влюблен!

Однако девочки, не смущаясь, в один из воскресных дней, когда мы поехали в гости к Максимке, рассказали народу всю нашу кофейно-соревновательную историю.

А подруги мои хором заявили:

— Конечно, он тебя кадрит! Смотри: с детьми поладил, про себя рассказывает, угощает — провожает. Постоянно звонит. Он точно рассчитывает на нечто большее, чем чашка кофе раз в неделю.

Мне все эти утверждения слышать было странно.

Ну, мы уже окольными путями, через доступные источники, выяснили, что Мирославу Илларионовичу Муромову тридцать восемь лет, он был в свое время подающим надежды игроком, пока не повредил колено и сломал ногу во время финальной игры на Чемпионате страны.

А после этого его ждали: тяжелая, сложная операция, замена сустава, долгая реабилитация и, конечно, только тренерская карьера.

Девчонки раскопали ещё и давнюю историю, что в те годы у Мирослава Илларионовича была прекрасная юная невеста, и молодые люди собирались сыграть свадьбу как раз после завершения того самого «чёрного» для Муромова Чемпионата.