Книга Эндшпиль, страница 95 – Камила Соколова

— Хорошо. Буду вести себя предсказуемо, – мой голос прозвучал сдавленно, словно я уже поняла, что деваться мне некуда. Роберт рассмеялся:

— Предсказуемо с тобой – это как раз ловить тебя по всему Стокгольму. Поклянись, что не сдвинешься с места, пока я завожу мотор и настраиваю печку.

— Клянусь, – прошептала я, накрываемая осознанием того, что разговор все же состоится. Господи.

Роберт быстро выскользнул из машины, пересел на водительское кресло и завел двигатель, включил отопление и протянул мне бумажный пакет, как он делал это миллион раз за эти почти три недели

— Что это? – мой голос был хриплым. Я смотрела на пакет, не решаясь его взять.

— Твоя любимая булочка с корицей и кофе, который, скорее всего, превратился в лед, – просто сказал он. Со своими влажными после душа волосами и открытой мальчишеской улыбкой он выглядел так, что его хотелось схватить, сунуть за пазуху и целовать до умопомрачения. Но вместо этого я выхватила пакет, хотя не должна была, как и не должна была разворачивать его и совать туда нос. Наверное, нервы сделали свое дело.

— Спасибо, – я вытащила булочку, и запах корицы наполнил салон. Такую булку я ела две недели назад, когда Роберт возил меня в кафе. В тот день, когда я в первый раз привезла ему клюшку. Внутри все скрутилось. Да уж, как бы ни повернулся разговор, это будет непросто, очень непросто.

Роберт снова пересел на заднее сиденье и теперь внимательно смотрел, как я медленно пережевываю кусок булки. Мне нужно было чем-то занять себя, иначе буду просто смотреть на его красивое лицо и, наверное, плакать. Булка оказалась как нельзя кстати.

— Мира, – начал Роберт, и у меня внутри все упало. Все барьеры, которые я выстроила. Потому что он снова произнес имя так… словно снял его с небес. – Почему ты не отвечала на звонки и сообщения? – он дотронулся до моей руки. – Только честно?

Я сглотнула комок, который поцарапал мне горло. Вот и что сказать?

— Э-э-э… мне было некогда.

Роберт кивнул с видом «я так и знал».

— Ты испугалась? – спросил он так нежно, словно разговаривал с лесной ланью, которая вот-вот сорвется с места.

— Что? – не поняла я и откусила огромный кусок, чтобы набить рот до отказа и скрыть за невнятной речью дрожь, которая уже охватывала меня. – Чего мне бояться?

— Поцелуя? – он скользнул пальцами по моей руке, его ладонь накрыла мою. – Того, как я набросился на тебя в машине? Прости, если тебе показалось это чересчур, я понимаю, что это может напугать, шокировать, но я тогда… чуть не сошел с ума, мне было трудно совладать с собой. Да ты и сама знаешь, как непросто мне управлять эмоциями, ты все видела на играх, – он переплел свои пальцы с моими. – Я говорил уже, что это была какая-то безумная… ревность. Не думал, что могу испытать подобное чувство, но испытал…

Он сжал мои пальцы, показывая, как трудно дается ему искренность. И я перестала жевать, моргать, дышать наконец. Я могла только смотреть, слушать и не верить.

— Я напугал тебя? – снова спросил он, а его большой палец рисовал круги на тыльной стороне моей ладони.

Что отвечать ему? Напугал, но не напугал. Не напугал, но я веду себя так, будто напугал.

— Нет, – мой ответ прозвучал глухо. – Я правда не могла…

— Хорошо, – сказал Роберт. – Пусть будет так. Тогда поговорим о том, что теперь нам делать, – не отпуская мою ладонь, он дотронулся другой рукой до моей щеки, и… от внезапной мягкости в его словах из-под моих ресниц выкатилась слезинка. – Мира… Ты боишься меня? Или переживаешь из-за реакции Миши? Или думаешь о том, что нам придется расстаться? – он оставил в покое мою руку и теперь поглаживал щеку, медленно убирая волосы мне за ухо. – Поговори со мной, пожалуйста.