Книга Эндшпиль, страница 128 – Камила Соколова

— Да что тут иметь? Все просто – ее план сработал. Я влюбился в нее, и она меня бросила. А «почти» – это то, что и Мира в меня влюбилась, сама того не желая, – и, пока остальные переваривали новость, я сказал ласково, обращаясь к Мире: – Иди уже, сядь рядом со мной. Хватит притворяться, что между нами ничего нет.

Я протянул к ней руки, и она, поднявшись, робко сделала шаг ко мне. Я схватил ее за талию и притянул ближе, обняв так крепко, как только возможно, не причинив ей боли.

— Мы теперь вместе, ребята, – сказал я и легонько поцеловал Миру.

Мира взирала на Мишу с немым ужасом, а та смотрела на нее, готовая убить. На целую вечность за нашим столом повисла пауза. Мы с Максом настороженно наблюдали за перестрелками взглядов между Мишей и Мирой.

— Ну знаешь, Мира, – наконец прошипела моя сестра, – я не думаю, что так поступают лучшие подруги.

Мира съежилась, и я еще крепче прижал ее к себе.

— Лучшие подруги все рассказывают друг другу, делятся болью и радостью. А уж тем более такими серьезными вещами, которые касаются моего брата, – Миша хлопнула себя по лбу, – ты рыдала из-за Роберта, да? Не из-за Эрика?

— Конечно, из-за Роберта, – Мира, похоже, пришла в себя, и теперь ее голос звучал как обычно, только немного звенел от напряжения. – Как ты себе видишь такую картину? Миша, я влюбилась в Роба, и он в меня тоже, но я его оставила, потому что у него есть ребенок, которого он бросил. Ты считаешь, что я могла тебе такое сказать? Роберт – твой брат, и я никогда не причинила бы тебе боль этой новостью.

— Эту новость ты себе выдумала, – вставил Макс. Успокаивающе взял Мишу за руку и добавил: – Честно говоря, я не удивлен, у вас давно все к этому шло.

— Что? – воскликнули мы с Мирой хором.

— Вы не видели, какие искры летали между вами, – он пожал плечами. – Я рад за вас, ребят, – и Макс хлопнул меня по плечу, а Миру легко щелкнул по носу.

Миша выдернула руку и вышла из комнаты. Мира дернулась, но я удержал ее – я должен первым поговорить с сестрой. Встал и пошел в ее комнату:

— Миш, – постучал я. – Давай все тебе объясню.

Она не ответила, тогда я приоткрыл дверь и заглянул. Здесь все тоже было как обычно – когда ввалился сюда с Кристиной, толком не успел увидеть, что ничего не изменилось. Над кроватью постеры: на одном Гарри Стайлз подмигивал так, что шансов остаться равнодушной не было ни у одной девчонки, на другом – вся группа One Direction в полном составе, кровать у стены, рядом шкаф, у окна письменный стол, рядом книжные полки, на полу зеленый круглый коврик. Миша сидела на краешке кровати и плакала, закрыв лицо руками. Ее спина вздрагивала, а шея покраснела. Вот черт. Я тихонько прикрыл за собой дверь, и, сделав несколько шагов, сел рядом и положил руку ей на плечо.

— Миш, ну не надо так, не плачь, пожалуйста. Она же твоя подруга, она хотела тебя уберечь, чтобы ты не расстраивалась от мысли, что я бросил ребенка. Мира думала, что сделала все правильно. Не злись, ладно?

Миша всхлипнула, а потом убрала руки от лица, и я заметил, что из ее глаз текли слезы, а сама она… смеялась. Она хохотала и плакала одновременно. И вид при этом у нее был какой-то безумный.

— Ты чего? – испугался я.

Она обняла меня и стиснула.

— Я так рада за вас, но вы такие идиоты, что я одновременно хочу вас убить, – она снова всхлипнула. – Я жалею только об одной вещи. Роб, только об одной, – она снова зашлась в истерике, а я сидел таращился и не знал, что сделать. – Блин, я бы многое отдала, чтобы увидеть, как она заставила тебя влюбиться.