Книга Антикафе «Чайный час», страница 96 – Алиса Тиллит

Анна Андреевна посмотрела сначала на Карпова, а потом на меня. Видимо, что-то поняв по моему ошарашенному виду, она подошла к нам. На лице отражалась решимость.

— Карпов – к декану. Я больше не собираюсь это терпеть. На ваше поведение все слишком долго закрывали глаза. Хватит. Я пойду с вами. Юрий Викторович, помогите мне проводить студента, пожалуйста. – Анна Андреевна собралась и вернула свой строгий, расчетливый образ. – Стася, проводи, пожалуйста, Лизу и молодого человека в медпункт. Я позвоню вам, чтобы вы пообщались с деканом позже.

Я кивнула и шагнула ближе к друзьям. Коля уже сидел на полу, прижимая к себе Лизу и успокаивающе растирая ее плечи. Подруга цеплялась за его голубую рубашку и плакала. Я не могла ее винить. Внутри скопилось столько эмоций после произошедшего, что скрывать их было невозможно.

— Я в порядке, ты в порядке, все в порядке, – шептал Коля, оставляя поцелуи на ее щеках, волосах, руках. А у самого из носа текла кровь, а под глазом расплывался синяк.

Преподаватели сосредоточились на Никите, который выглядел потухшим. В этот раз ему не удастся выйти сухим из воды, и он это прекрасно понимал. Анна Андреевна раздала инструкции и повела его в сторону деканата. Толпа вокруг постепенно разошлась, а Лиза с Колей так и сидели на полу, обнимая друг друга, будто мир рухнет, если они оторвутся хоть на миг. Я неловко топталась рядом, не решаясь их отвлечь.

— Я так испугалась за тебя, было так страшно, – бормотала Лиза.

— Я знаю, – спокойно отозвался Коля, гладя ее по спине. Он шмыгнул носом и рукавом утер кровь.

— Я во всем виновата. Я сама отправила этому придурку эти дурацкие фотки, если бы…

Коля оборвал Лизу на полуслове, взяв ее лицо в ладони.

— Не смей так говорить, – твердо сказал он. – То, что ты написала в посте, – абсолютная правда. Единственный, кто виноват, – этот придурок. Ты ничего плохого не сделала. Ты самая потрясающая девушка, которую я когда-либо встречал.

— Но ведь я…

— Что бы ты ни сделала, я всегда буду на твоей стороне. Слышишь? – Голос Коли словно забирался под кожу – столько в нем было чувств и искренности. Лиза завороженно смотрела ему в глаза и даже перестала плакать.

— Но… почему? – Тихий вопрос, в котором было все.

Коля не сомневался ни секунды:

— Потому что я люблю тебя.

Лиза ахнула, словно не могла поверить в эти слова. Словно они были единственным, что по-настоящему имело значение. Долгий взгляд, мимолетная улыбка и нежный поцелуй.

Чувствуя себя лишней, я отошла к окну, чтобы дать им личное пространство. Улыбку сдержать не получилось. Может, было и непросто, но эту битву мы выиграли. Тихий смех за спиной и наверняка ласковые слова, которые я не разбирала со своего места, обещали, что теперь у ребят все будет в порядке. Все будет так, как надо.

После стычки в коридоре все происходило очень быстро. Нас несколько раз вызывали в кабинет декана, а потом и ректора. Со мной, Лизой и Колей говорили как по отдельности, так и вместе. Я хотела, чтобы подруга рассказала все без стеснения и секретов, хоть и не ожидала, что она на это решится. Но Лиза никогда не переставала меня удивлять. Она выложила администрации все как было, не добавляя истории излишней эмоциональной окраски. Выложила на стол сухие факты, будто речь шла вовсе не о ней. Единственное, что расстраивало: Лиза отказалась писать на Карпова заявление. Говорили ли в ней жалость и сочувствие к этому уроду, я не знала. Но решение Лизы было окончательным, и давить на нее не было смысла.