Книга Антикафе «Чайный час», страница 58 – Алиса Тиллит

— Эй, солнце, все будет хорошо. – Его рука плавно выводила успокаивающие круги на моей спине. Голос Дениса прозвучал спокойно, но ему словно требовалась вся сила воли для этого. Я мысленно ухватилась за запах знакомого одеколона, помогающий сосредоточиться на чем-то, кроме тревоги, которая бесновалась внутри весь день.

— Ему нельзя оставаться на улице, – прошептала я, не поднимая взгляд. – А везти его на съемную мне нельзя, тогда мы оба будем жить под мостом. – К концу фразы я сорвалась на всхлип, и пришлось замолчать.

Денис притянул меня к себе, заставляя уткнуться носом в свое плечо, и обнял, успокаивающе поглаживая спину и плечи. От такого простого, но необходимого утешения из мышц, которые к этому времени превратились в камень, начало медленно уходить напряжение. Легкие поглаживания и тихие слова поддержки Дэна помогли собраться, а руки перестали предательски дрожать. Рядом с этим человеком все тревоги сходили на нет, а сердце все шептало: «Ты дома».

Прикрыв глаза, я медленно вдыхала знакомый запах и думала о том, что позвонить Денису было лучшим из решений. За спиной раздалось негромкое покашливание. Я немедленно отлепилась от Дениса, вскакивая.

— Ну что там? – взволнованно спросила я.

Врач держалась уверенно, что и в меня вселило спасительное спокойствие.

— Персик стабилен. Действительно, он чем-то отравился, а еще явно сильно недоедал… – Ее осуждающий взгляд пригвоздил меня к месту. Нетрудно было догадаться, о чем она думала, ведь все мысли были написаны у девушки на лице. От возмущения я открыла рот, но оттуда не вырвалось ни звука.

— Он уличный, – твердо сказал Дэн, подходя сзади и кладя руку мне на плечи. – Насколько все серьезно?

Девушка смутилась и потупилась, быстро пробормотав извинения, и провела нас к компьютеру. Там была открыта карточка Персика, которую она быстро заполнила.

— Мы поставили капельницу и сделали ему укол, чтобы он справился с интоксикацией. Нужно, чтобы Персик побольше пил и желательно находился в тепле. – Ее пальцы порхали над клавиатурой, в комнате раздавалось мерное кликанье.

Я облегченно выдохнула и потерла лицо ладонями. «Главное, что ничего по-настоящему страшного с ним не происходит. Со всем остальным можно справиться», – уговаривала я себя, распуская тугой узел в груди. Я неосознанно нашла руку Дениса и сжала ее. В этом прикосновении было все – благодарность, облегчение и… любовь, которую было невыносимо держать в себе. Он же в ответ переплел наши пальцы, но я не осмелилась поднять глаза, мысленно поблагодарив за поддержку.

— Ему осталось полежать еще минут пятнадцать, а потом вам придется забрать Персика. К сожалению, на передержку мы никого не берем. – Врач протянула счет, который Денис тут же забрал. – Оплата наличными или картой?

— Картой. – Дэн достал картхолдер из внутреннего кармана куртки.

Я закусила губу, посматривая на рыжее тельце, лежавшее на столе под капельницей. Персик казался таким худым и маленьким, что вызывал единственное желание – защитить. Оставив Дениса расплачиваться и решив, что мы разберемся с деньгами позже, я подошла к столу и присела так, чтобы очутиться с котом на одном уровне. Осторожно погладив его по спине, я смахнула вновь предательски выкатившуюся слезу. Я знала, что не смогу его забрать, и это чувство разъедало душу, как кислота, оставляя лишь выжженную землю.