Книга Книжный в сердце Парижа, страница 58 – Лоренца Джентиле

Я уже открываю рот, но Виктор прерывает меня и спрашивает Джона, не хочет ли он пойти завтра утром с нами искать ее в Шато-Руж.

— Искать ее? – повторяю я. Мы с ним это не обсуждали.

— Разве ты не умираешь от желания увидеть улицу Пуле?

— Старушка переехала на улицу под названием «Курица»? – усмехается Джон. – Ну, все равно я завтра занят, так что пойти с вами не смогу.

— Да ладно, Джон, тебе всегда нечем заняться.

— Ты переходишь все границы. И знаешь что? Я запрещаю тебе ко мне приходить.

— Вообще-то это общественное место, – замечает Виктор.

— Тогда я перееду.

Джон, шатаясь, встает и делает несколько шагов. Я стараюсь не смотреть на его больную ногу.

— Не знаю, кто еще сможет предложить тебе такое приключение, – настаивает Виктор, – отправиться на улицу «Курицы» в поисках пропавшей старушки. И не волнуйся, прежде всего мы обеспечим сохранность твоего чемодана. Встречаемся завтра в десять утра у книжного магазина.

— Да у меня и часов-то нет. – Джон отворачивается к стене, прижимая к себе бутылку. – Времени вообще не существует.

— Он не должен сидеть, как прикованный, в ожидании Мелани. Она все равно не вернется, – сетует Виктор, когда мы удаляемся. – Она никогда его не простит.

Матрас настолько жесткий, что мне кажется, будто я лежу прямо на полу. Пусть это и полезно для моей спины, но точно не для моего настроения, которое ухудшается с каждой минутой.

В какую игру играет тетя Вивьен? К чему все эти билеты, эти ложные свидания? За что Мелани должна простить Джона? И почему чем искреннее я говорю с Бернардо, тем сильнее нарастает ощущение, что он меня не понимает?

Сидя у окна, я смотрю на пыльные тома на полках. В библиотеке слышно только ровное дыхание спящего Виктора. Вероника попросила меня оценить стоимость предложенной мною стратегии. Она не уточнила, понравилась ли она Большому Боссу.

Я пишу следующее:

Мы могли бы рассмотреть возможность заложить в маржу часть бюджета, выделенную на общение с клиентами (в чем, на мой взгляд, нет необходимости, учитывая, что наша аудитория и так лояльна). Я поясню: с учетом расходов лаборатории я предлагаю увеличить маржу всего на несколько процентов, таким образом, потребительская цена повысится совсем немного: два евро тридцать центов за батончик вместо двух.

Предлагаю сделать ставку на промоакции 2 × 3 или 3 × 6 – как известно, они приносят хороший результат. Можно запланировать акции только на момент запуска, а в дальнейшем их отозвать. Эта ценовая политика окупится в долгосрочной перспективе. Не будем забывать, что увеличение продаж не обязательно означает увеличение прибыли!

Я отправляю письмо, чтобы завтра утром Вероника его увидела раньше всех остальных и оценила мои старания. Золотистый ретривер сломя голову помчался за палкой и так же вернулся к хозяину.

Я открываю книгу стихов.

Я вспоминаю пустую сцену Театра дю Солей с деревом в центре. Владимир и Эстрагон. Их последний диалог.

«Так мы идем?»

«Идем».

Но при этом они не сдвинулись с места.

— Скоро открытие! – Виктор выхватывает у меня простыню.

Чувствую себя так, будто спала всего десять минут. Я пытаюсь отвоевать простыню, но Виктор убегает в комнату с фортепиано, так что мне приходится встать и побежать за ним. Он опять спал в одежде. Мы случайно разбудили Оушен.