Книга Опекун для хулиганки, страница 30 – Диана Фад

— Конечно.

Дальше затык. Смотрю на нее, и в голову совсем другое лезет. То, что менять я совершенно не хочу. Мысли всякие о том, чтобы было, если бы я не ушел из ванной. Пытаюсь абстрагироваться, но не получается. Смотрю на девчонку, а вижу, как снимает…

— Всё! — рявкаю сам себе, отчего Ангелина вздрагивает, едва удерживая бокал в руке. — Нам нужно сейчас прояснить два вопроса. Если ты остаешься здесь, то давай следовать моим правилам. Если уходишь, то… нельзя уходить.

Из Ангелины вылетает короткий смешок, а я чертыхаюсь.

— Многословность явно не твое, — смеется она. — Но я поняла твою мысль. Насчет твоих правил особенно все ясно. Твой дом, и естественно, что ты ждешь от меня поведения, которое выгодно для тебя. Только вот ты забыл, дядя Жека, что я не маленькая девочка, а уже взрослая женщина. И меня не устраивает жить в доме, где только одни запреты. То нельзя, это нельзя. С вечеринкой я промахнулась, согласна. Больше не повторится. Просто хотела показать тебе, что у меня тоже есть друзья и своя жизнь. На тебе свет клином не сошелся. А то, что я себя так веду… Вполне объяснимо. Видишь ли, я росла почти без матери, папы постоянно не было дома. Поэтому получилась из меня больше пацанка, чем нежная девочка-конфетка, как ты меня раньше называл.

— Конфетка, — хмурюсь я.

— Ну да. Ты ждал, что найдешь меня, такую всю ранимую ромашку, и просто пригреешь под своим крылом. Я буду слушаться тебя и благодарить утром и вечером за заботу обо мне?

— Нет!

— Вот именно. Ты думал так, а я другая, понимаешь?

— И что ты предлагаешь? — снова закипаю я. — От своего слова, что обязал меня дать друг, пусть и посмертно, я не откажусь.

— И не надо. Ты же помнишь, что в завещании есть еще одно условие?

— Ну…

— Так давай им воспользуемся.

— Там написано, что если ты выйдешь замуж после смерти отца, то ждать определенного возраста не обязательно.

— Вот именно. Значит, чтобы избавиться от меня, нужно просто выдать меня замуж, а после получения наследства развестись. Все просто, все довольны и я, и ты.

— Нет, нет… — мотаю головой. — Абы за кого выходить замуж фиктивно? Нееее…

— Почему абы за кого? — улыбается девчонка. — Я выйду замуж за тебя, дядя Жека, а потом мы тихо и мирно разведемся. Об этом даже никто не узнает. Так что? Согласен?

— Вот у тебя губа не дура, — смеется опекун, а я сразу дуюсь, хотя в моем положении это точно не лучшее, что должна делать. — Нашла дурака!

— А что не так? — подхожу к нему ближе, и дядя Жека захлебывается смехом, смотрит с опаской. — Я тебе не нравлюсь?

— Ты… Отойди, — рычит он тихо, но я встаю буквально рядом с ним, касаюсь его щеки своей ладонью, но опекун перехватывает за кисть, больно сжав руку. — Не трогай, я не подхожу тебе.

— Почему это? — интересуюсь я, но не вырываюсь.

— Ты маленькая еще, — ворчит он.

— Уверен? Показать? — беру свободной рукой за пояс халата и начинаю тянуть, чтобы развязать.

— И откуда ты только взялась на мою голову, — отпускает мою руку опекун и тянется к поясу, затягивает так туго, что у меня воздух перехватывает. — Еще раз так сделаешь…

— То что?

— Ничего, найди себе кого помоложе для таких экспериментов.

— Какой ты нудный, — отступаю от опекуна и чувствую, как он облегченно выдыхает. — Ты же понимаешь, что это твой единственный шанс избавиться от меня? Тебя всё не устраивает, как я говорю, как хожу, как дышу…