Книга Пока не развели мосты, страница 71 – Анна Аникина

— Тогда сначала "Смирно! Флаг спустить!" Алла вытянулась в струну. Приложила руку к виску. Юра рассмеялся. Поправил на ней кепку, — Ну а потом "Ходовые огни включить".

На яхте включилось освещение. И загорелись ходовые огни.

— Сейчас уже к берегу пойдём. Право руля, супруга капитана третьего ранга, — тихо говорил Юра Аллочке на ухо. Яхта послушно и плавно стала разворачиваться к берегу. Аллу охватил восторг.

Она внимательно смотрела на мужа. Море было его страстью и любовью. Это невозможно было не заметить. В море Юра чувствовал себя на своём месте. Даже в шортах и футболке выглядел как морской офицер.

В Новороссийске на рейде стояли военные корабли. Алла видела, как жадно Юра их разглядывал. И как рассказывал ей про каждый.

— А когда ты будешь знать, где будешь служить после академии? — спросила Алла, сжимая ладонь мужа.

— Весной. Ближе к выпуску. Тогда будет понятно, что со званием. И есть ли должности под новые звезды.

Выражение лица у Бодровского резко сменилось с нейтрального на серьёзное. Таким он даже выглядел старше. Алла напомнила себе, что её муж — уже давно не студент. Он боевой офицер. Орденоносец. Слушатель Военно-морской Академии. А выпускники Академии получают командные должности после выпуска. Её Юра заслуживает. Для него служба — не пустой звук. Он действительно живёт флотом. Стоило это понять, пока его ещё никуда не назначили. А её задача одна — поддержать мужа, когда это произойдёт. И поехать с ним, куда бы их не отправили.

Алла ждала мужа с испытаний. Он улетел на Дальний Восток в составе академической группы. Разница во времени — аж семь часов. Но связь, слава богу, есть. Про то, что и телефоны могут не работать, и мужчин может не быть на берегу месяцами, Аллу уже успели просветить. И свекровь рассказывала, как они служили на Чёрном море, и Ира Захарова делилась.

Алла очередной раз поражалась, как хрупкая Димкина жена, сама больше напоминающая девушку-подростка, справляется с двумя детьми. Без тени сомнений и муки на лице. Одной левой. В крохотной служебной квартире не в самом Питере, а на базе Балтийского флота — в Кронштадте. Эх, если бы и у неё получилось быть вот такой женой моряка. Но у Иры, например, папа морской офицер. Она хотя бы понимает все эти флотские слова.

Юра звонил так часто, как мог. Отдельно жене, отдельно — матери. Алла про себя отметила, что никакого правила очерёдности разговоров у него нет. Но он обязательно звонит им обеим. Про службу не рассказывает практически ничего. Зато снова встретил кого-то из училищных однокурсников. Кажется, знакомые у Юры были во всех уголках страны, где есть флот. Этой мыслью Алла поделилась со свекровью.

— Знаешь, ничего удивительного. Флот — это же каста. Практически семья. И только кажется, что очень много людей. На самом деле среди потомственных военных моряков все так или иначе друг с другом как-то завязаны. Нашего отца, когда надобность пришла, именно его однокурсники на Балтику перетащили. Кто-то ходил к начальству. Хотя Алексей и не просил особо. Мальчики после Нахимовского, кто жил в одном кубрике, те братья. Кто-то чуть ближе, кто-то подальше. Но это такой малый круг. Они всё друг про друга в курсе всегда. И утонуть не дадут. Училище — пошире, конечно. Там уже разные ребята были. Ну и академические однокурсники добавятся. Это не считая сослуживцев по Североморску. Те вообще — свои навсегда. А Юрка, как Вадик говорит, всегда сначала в драку за друга лез, а потом думал. Он такой. Про себя в последнюю очередь. Вот и с пожаром этим...