Книга Ты моя, лисица!, страница 77 – Влада Ясная

— Руки за голову, – приказывает она, и он послушно выполняет.

Она медленно забирается на кровать, садится на него верхом, но не опускается, только прижимается своей промежностью к его вздыбленному члену. Потап стонет, его бёдра напрягаются, но он не двигается, только смотрит на неё, и его глаза говорят: «Я твой. Делай что хочешь».

Она наклоняется, проводит пальцами по его губам, и он целует их, ловит ртом, будто просит ещё.

— Хочешь войти? – шепчет она.

— Да, – выдыхает он.

— Попроси.

— Пожалуйста, Алиса. Пожалуйста, оседлай меня. Я хочу быть внутри тебя.

Она улыбается и медленно опускается – миллиметр за миллиметром, чувствуя, как он растягивает её, заполняет, становится частью её. Потап замирает, не дышит, боится, что она передумает. Она садится до конца, принимая его полностью, и замирает на секунду, привыкая к ощущению.

— Смотри на меня, – говорит она, и он открывает глаза. – Ты мой.

— Я твой, – шепчет он, и его голос срывается.

— Сильнее? – спрашивает она, и он кивает, не в силах говорить.

Она начинается двигаться, и её хвост устремляется к потолку, уши встают торчком, и она чувствует, как его тело начинает покрываться шерстью. Они смотрят друг на друга – два хищника, которые наконец перестали враждовать.

Он стонет, когда она начинает двигаться – медленно, плавно, задавая темп. Она полностью контролирует глубину, скорость, ритм. Он подчиняется, не пытается ускориться, не переворачивает её. Его руки скользят по её бёдрам, поддерживают, будто Потап боится, что она исчезнет.

— Смотри на меня, – командует она, и он открывает глаза, которые успел закрыть от наслаждения. Она видит в них своё отражение – раскрасневшуюся, с распущенными волосами, с лисьими ушами, торчащими из копны волос, – и это зрелище заводит её ещё сильнее. Она ускоряется, и он стонет громче, а его пальцы впиваются в её ягодицы.

— Сильнее? – спрашивает она, и он стонет, не в силах говорить.

— Скажи это, – требует она, останавливаясь на секунду, и он чувствует, как его член пульсирует внутри неё, но она не даёт ему кончить.

— Пожалуйста, Алиса, – шепчет он, и его голос хрипит от желания. – Трахни меня сильнее. Я хочу, чтобы ты кончила. Я хочу, чтобы ты родила мне второго.

Она улыбается и снова начинает двигаться – быстрее, жёстче, и её хвост распушается, хлещет его по бёдрам, подгоняя. Она чувствует, как внутри нарастает волна, и когда её накрывает оргазм, она кончает с криком, запрокинув голову.

— Сейчас, – рычит он, и кончает долго, содрогаясь всем телом, и она продолжает двигаться, не давая ему выйти.

Наконец они замирают, тяжело дыша. Потап тянет её к себе, обнимает, прижимает к груди, и она чувствует, как его сердце колотится где-то под рёбрами.

— Ещё, – шепчет она, и он подчиняется.

Его дыхание становится глубже, а его язык – уже не человеческий, а длинный, шершавый, с мелкими ворсинками – касается её соска. Она вздрагивает от непривычного, острого удовольствия. Его язык дразнит, и Алиса стонет, выгибаясь навстречу. Она зарывается пальцами в его темные жесткие волосы, и пальцы касаются покрытого нежной шерстью уха.

Потап переворачивает Алису на спину и целует её живот, пупок, и его язык скользит по её коже, оставляя влажные дорожки. Алиса закрывает глаза, отдаваясь ощущениям, и не видит, но чувствует, как его тело меняется – становится теплее, как его плечи покрываются густой тёмной шерстью, как его руки становятся мощнее.