Онлайн книга «Арам и Лиза»
|
Хватаю маленькую упаковку с влажной салфеткой, что лежит рядом с солонкой, быстро достаю, разворачиваю. Протираю испачканное украшение — аккуратно, тщательно, пока оно снова не начинает сверкать чистотой. Неужели он не мог поступить по-человечески? Взять да и дать мне немного остыть, собраться с мыслями, переварить все, что случилось. А потом уж… Что потом? Я сама себе не могу ответить на этот вопрос. Злости на его вчерашний поступок за ночь изрядно поубавилось, это правда. В конце концов, я ведь понимала, что не быть мне моделью до конца моих дней. Рано или поздно пришлось бы уходить — возраст, конкуренция, изменчивая мода. Готовила запасной аэродром, училась, через полтора года магистра получу, планирую работать в рекламе. Может, свое агентство открою. Да, злости поубавилось, как и желания держаться от Арама подальше. Но он ведь мастер меня злить! И этим же утром с упоением продолжил это делать. Кольцо в кекс засунуть — это надо было додуматься. Лучше бы уж так подарил, как все нормальные люди. Но нормальность — это вообще не про Арама, потому что он какой угодно, но только не нормальный. Пока я от всей души костерю его про себя, пальцы живут отдельной жизнью. Сама не понимаю как и зачем, но надеваю на палец кольцо. Безымянный, правая рука. Автоматически, как будто так и надо. Оно идеально сидит. Словно специально под меня делали, по размеру подбирали. Бриллиант отбрасывает на скатерть маленькие радужные блики. Белое золото нежно блестит, изящная оправа смотрится элегантно и дорого. На моей худой руке кольцо выглядит особенно роскошно, подчеркивает тонкость пальцев. Я не просила его мне дарить, но… Но мне нравится, даже очень. И мне тошно от того, как Арам сейчас ушел. От того, что я его обидела. От того, что он думает обо мне, как о пустышке. И предчувствие какое-то гложет, неприятное, тревожное, как будто я упускаю сейчас нечто жизненно важное, нечто непоправимое должно вот-вот произойти. Да что ж я сижу-то тут, дура! Резко вскакиваю со стула. Может, он еще не ушел? Или на парковке сидит в машине, остывает? Или, может, к Лехе поднялся в номер? Ишь ты, надоело ему слушать мои возмущения. Взбесил, так пусть послушает еще! Я ему все выскажу, но по-другому, спокойно, нормально… Хватаю сумочку, книжку, несусь из ресторана. Вылетаю в лобби отеля. Готовлюсь выскочить на улицу и идти на парковку как есть, без верхней одежды. Чуть померзну, но не дам ему уехать вот так. Не дам ему думать, что я… Однако в лобби я резко торможу, замираю на месте. Потому что вижу Лешу. Одного! Мальчик стоит неподалеку от ресепшен, возле высокого декоративного растения в огромном горшке, и незаметно для окружающих щипает листья. Отрывает по одному, складывает в карман джинсов. — Леша! — начинаю я возмущенно, но тут же замолкаю. Потому что рядом возникает еще один Леха… Только тут я подмечаю, что это все-таки не мой сын. Да, очень похож, но не мой. У моего Леши нет такой одежды. К тому же мальчики возле ресепшен хоть и очень похожи на него, но все же другие — чуть крупнее, плотнее, и носы у них значительнее, более выраженные. Близнецы Григоряны, сыновья Насти и Артура — доходит до меня с запозданием. Почти сразу я вижу у стойки регистрации Настю со свекровью — Ульяной. Кажется, так ее зовут, помню еще с их свадьбы с Артуром. А еще с ними бабушка Арама — эту-то восточную женщину точно ни с кем не перепутаешь. Вся в красном, от платья до туфель, губы, как два пельменя, тоже накрашенные ядовито-алой помадой. Где она только закупает такую ядреную косметику? Надо же, помню ее в лицо, а как зовут — нет, хоть убей. |