Книга Мия. Гравитация Vs Свобода, страница 68 – Devi Ant

А в проходе уже появляется следующая модель.

— Дамы и господа. Гленн Сперро[изменено] и его уникальный «Эффект Бабочки»! Бывший эксперт по драгоценным камням в аукционном доме Christie's, основатель собственного ювелирного дома «G» предлагает вашему вниманию кольцо в образе бабочки. С титановыми крыльями, выложенными бриллиантами, аметистами, розовыми сапфирами и редкими зелеными гранатами цаворитами.

Рассматриваю модель, на пальце которой в самом прямом смысле слова порхает и шевелит крыльями огромная бабочка, переливаясь всеми цветами радуги.

— Одна из ее сестер впорхнула в лондонский музей Виктории и Альберта и теперь соседствуют с драгоценностями королевы Елизаветы. Стартовая цена 200 000 евро.

— Она и правда порхает, — улыбаюсь я детям талантливого ювелира.

— Да. Это специальный механизм, — поясняет Джошуа. — Когда сгибаешь фалангу пальца, крылья складываются. В отличие от ее сестры, тельце этой «papillon» сделано из двух массивных изумрудов.

— Будешь в Лондоне на MayFair, заходи в наш бутик, — добавляет Ава.

Ну, вряд ли я там буду, но благодарю за приглашение, и вновь чувствую тяжесть в голове. От чужого визуала и взгляда ниоткуда хочется потереть висок.

— Вам обязательно нужно там побывать, — комментирует Розент, сидящий напротив. Можно сказать, коллега-ювелир. — Эта недвижимость раньше принадлежала королевскому кутюрье. Зеркальные залы, тайные комнаты. В общем, атмосфера строгой приватности. Впечатлитесь.

— Гленн не любит славы, — добавляет принцесса Габриэлла. — Работает для узкого круга ценителей. Эта камерность только подчеркивает статус. Заполучить изделие с клеймом «G» — это привилегия для избранных.

— Продано даме в голубом за 650 000 евро! — подтверждает аукционист.

Смотрю на яркую бабочку и вновь меня ведет. Вновь вспыхивает визуал. Два мужских силуэта в неизвестной мне обстановке. Отчетливо вижу террасу. Каменный камин там же. На стеклянном столе бликует ночник. Он и дал параллель с украшением. А за перилами кромешная ночь. Ни зги не видно. Лишь висит, как прибитая, красная луна. Но, в отличие от фона, силуэты размыты. Лишь знаю, что один из них старше, другой младше. Что-то говорят. На повышенных тонах. Но мне не слышно, я словно за мутным стеклом. Чертов Ктулху. Что это… Хмурюсь. Вновь хочу растереть виски и затылок из-за тяжести в голове. Будто я попала в чей-то чужой сон.

Сбрасываю морок. Смотрю на Брая. Он по-прежнему разговаривает с Розентом и смотрит на экран с ювелиркой.

— Джоэль Эдвард Розент, или JER [изменено]— это мистика. Это тайна! — продолжает аукционист, и я бросаю взгляд на молчаливого седовласого ювелира, с которым и говорил Брай. — Техника «паве» — его визитная карточка. К тому же, он первым стал покрывать драгоценности темными сплавами, чтобы усилить сияние цветных камней. Его не зря называют Фаберже нашего времени. Представляю вашему вниманию Браслет-манжету с цветочным узором от JER, полностью инкрустированный черными и розовыми бриллиантами, в центре которого находится бриллиант весом в 13,13 карата на манжете из черного золота. Стартовая цена 450 000 евро.

Рассматриваю украшение. Только на первый взгляд кажется, что браслет венчает черная камелия. Если присмотреться, это волнится змея, обвиваясь вокруг массивного бриллианта и создавая эффект цветка.