Книга Анатомия нас, страница 104 – Амелия Лефэй

Ее мать на мгновение остановилась, и я была уверена, что она хотела обернуться, уверена, что мысль о том, чтобы навсегда потерять дочь, беспокоила ее, но она все равно вышла, тихо закрыв за собой дверь.

— Ну, это была моя мать. — Ирен усмехнулась, хотя слезы текли из ее глаз.

— Ирен, мне так жаль. Я просто... мне жаль. Мне не следовало приглашать их...

— Нет. — Она покачала головой, вытирая глаза. Она изо всех сил улыбнулась мне. — Я рада, что они приехали. Даже так, я рада. Все это прекрасно, и я благодарна. Правда.

— Джейн, не возражаешь, если мы побудем одни? — мягко сказал Маркиз, опускаясь перед ней на колени и сжимая ее руки.

— Конечно. Когда будете готовы. — Я чувствовала себя дерьмово. Даже если она поблагодарила меня, это не то, чего я хотела. Все это было грязно. Совсем не так, как я планировала для ее веселого дня.

Выйдя в коридор, я закрыла за собой дверь. Просто прислонилась к ней, слушая голоса смеющихся и разговаривающих гостей внизу. Они, казалось, хорошо проводили время... Но мне очень хотелось, чтобы этот день закончился.

— Осталось всего три часа, — прошептала я, делая глубокий вдох и отходя от двери. Я прошла всего фут, если не меньше, прежде чем услышала, как кто-то ругается в моей комнате.

— Черт. Пожалуйста, перестань. Пожалуйста. — Голос был слабым, таким отчаянным, что я подумала, не схожу ли с ума, открыв дверь, я никого не увидела.

— Алло? — Я вошла.

ХЛОП.

Дверь в мою ванную закрылась так быстро, что я подпрыгнула.

— Ммм... извините, мне просто нужна ванная. — Женский голос доносился из-за двери.

— Это нормально. — Я подошла, услышав, как зажурчала вода, и она несколько раз всхлипнула. — Однако там, откуда я родом, когда девушка отделяется от вечеринки и начинает всхлипывать в ванной, она обычно нюхает кокаин.

Наступила тишина, прежде чем она наконец заговорила.

— Что такое дорожка? — Она спросила, затем застонала, она звучала молодо.

— Вы в порядке?

Снова тишина.

— Вы просто меня пугаете, — сказала я, моя рука на ручке, но она была заперта. — Что бы ни случилось, я никому не скажу.

Тишина.

— Меня зовут Джейн. Джейн Чепмен, я знаю владельца дома, так что ничего не случится, клянусь.

Щелчок.

Дверь открылась, и я не знала почему, но мое сердце бешено колотилось. Повернув ручку, я вошла. Я не знала, что ожидала увидеть. Я видела многое, но я никогда не видела никого настолько... убитого горем, как она. Она кровоточила, не только из запястья, которое она прикрывала полотенцами, но и из порезов и ссадин на бедрах. Она использовала сухую губку, не какую-нибудь губку, а ту, что используется для чистки ванны, чтобы тереть себя.

— Пожалуйста... пожалуйста, не говорите моим родителям. — Ее карие глаза наполнились слезами, ее рыжеватые волосы, как и мои, прилипли к сердцевидному лицу.

— Милая, — я опустилась на колени, доставая из-под раковины дополнительные полотенца. Схватив ее за запястье, я поблагодарила Бога, что порез был неглубоким. — Нам нужно вызвать 911...

— Нет! — Она дернулась, полностью сломавшись, ее тело дрожало. — Пожалуйста, нет, моя семья здесь.

— Как тебя зовут?

Она просто обняла себя. Поэтому я села рядом с ней, обняла ее, гладя по лицу. — Ты не одна. Я здесь, ты можешь поговорить со мной.

— Алисса... — прошептала она. — Алисса Дейнс.