Книга Заучка для Бунтаря, страница 21 – Екатерина Котлярова

— Артур, — я давлю ладошками ему на плечи, пытаясь отодвинуть от себя, — прошу тебя, не нужно. Отпусти меня, умоляю. Я переведусь в другую школу. Я больше не буду мозолить глаза.

— Глупая маленькая Заучка. Неужели ты думаешь, что можешь от меня сбежать? — подхватывает меня на руки, вздёргивает наверх, его руки оказываются под юбкой платья. На ягодичках поверх трусиков.

— Ой.

— Мне глубоко плевать, чего ты хочешь, Заучка, — сжимает кожу ягодиц, оставляя синяки. — А теперь я повторю для особо тупых! Ещё хоть раз блеванёшь после еды…

Замолкает, давая самой додумать, что он сделает.

— Что ты мне сделаешь? — я не знаю, что со мной случилось.

— Буду рожей макать в твою блевотину, пока ты жрать нормально не начнёшь.

Боже. Какой он грубый. Просто… ужасный человек! Ужасный. Страшный, пугающий. Самый настоящий дьявол. Ледяной. Способный двумя пальцами перекрыть доступ к кислороду. Лишить меня жизни. Он мой палач.

— Ты меня услышала, Заучка? — рычит на ухо.

— Да, — обречённо говорю я.

— Я не шучу. Ещё хоть раз… — и обжигает ледяным взглядом.

Я киваю и затихаю. Больше не шевелюсь, закрываю глаза и даже не дышу. Я вновь наивно надеюсь на то, что он потеряет интерес и уйдёт. Оставит меня в покое.

Артур поднимается с пола и молча уходит, оставив меня одну. Я долгое время не могу пошевелиться. А потом всё же нахожу в себе силы, чтобы подняться с пола и выйти в зал. Столик уже пуст. Артур ушёл. Только мой рюкзак лежит на диванчике. Я беру его, закидываю на плечо и подхожу к официанту.

— Можно счёт?

— Молодой человек уже всё оплатил.

Я киваю и покидаю ресторан. Артур заплатил за свою новую игрушку. Я даже боюсь представить, что будет завтра.

Ульяна

На следующее утро Артура на репетиции нет. Я с облегчением выдыхаю. Я вновь ухожу в конец актового зала, надеясь на то, что уж сегодня меня никто не будет трогать. Ведь Артура нет.

Но моё уединение прерывает Маша, которая подходит ко мне, опирается бёдрами о спинку впереди стоящего кресла и складывает руки на груди.

— Что за чертовщину читаешь? — вырывает из рук книгу. — Так и думала, что занудная фигня. Иначе не могло быть, Заучкина.

Маша закатывает глаза. Я пожимаю плечами и робко ей улыбаюсь.

— Что лыбишься, как дура? Что у тебя с моим Артуром?

— Чего? — я хлопаю глазами, чувствуя, как сердце проваливается в пятку.

— Того, — кривляет меня. — Я ещё раз спрашивают, Учкина, что ты хочешь от моего парня? Какого чёрта крутишься возле него?

— Я… Я не кружусь, — я мотаю головой. — У нас ничего… С чего ты взяла, Маш?

— Ты думаешь, тварь, я не видела? Думаешь, я не заметила, как ты на него пялилась позавчера в школе? Ты, тварь, меня не проведёшь! Какого чёрта он тебя защищал? А? Хочешь сказать, что у вас ничего нет? Так я тебе и поверила!

— Маш… — пытаюсь вставить слово.

— Вас видели вчера в ресторане! Я знаю, что тебе, нищебродка, даже на бутылку воды не хватит. Так что… Короче, тварь дрожащая, если я ещё хоть раз увижу тебя возле своего парня, то я тебя раздеру на части. То, что было раньше покажется тебе лишь детским лепетом. Поняла меня?

— Маш, у нас не было ничего. И не может быть, — лепечу торопливо, заламывая пальцы.

— Ну и ладненько, — Маша довольно улыбается. — Раз так, то отлично! В таком случае я приглашаю тебя к себе домой праздновать окончание школы.