Книга Ты меня предала, страница 52 – Екатерина Котлярова

— Лёша, послушай, это недоразумение, — я вскидываю полные слёз глаза на любимого. — Лёша, это ошибка. Я просто…

— Это он тебя подослал ко мне? Ты с первого дня сливаешь моему конкуренту всю информацию? Он трахает тебя?

Лёша выплёвывает вопросы и не ждёт от меня ответов на них.

— Сука. Уничтожу тебя. Сотру с лица земли, — сжимает пальцы на моих щеках. — Превращу твою жизнь в ад.

Переворачивает меня на спину и одним движением развязывает халат, надетый на обнажённое тело. Больно сжимает грудь.

— Лёша, что ты… — вопреки всему я чувствую, как по телу разливается возбуждение.

Я не должна. Но моё тело настроено на этого мужчину. Оно желает его в любой ситуации.

— Закрой рот.

Он снимает футболку, одним движением сбрасывает спортивные штаны и остаётся полностью нагим. Сжимает ладонью напряжённую плоть, другую кладёт мне на горло. Сжимает. Перекрывает доступ к кислороду. И когда я открываю рот, чтобы глотнуть воздуха, проникает головкой члена в рот. Пальцы немного расслабляет, но оставляет на горле. Толкается бёдрами вперёд.

— Соси.

Я свожу бёдра вместе. Вопреки тому, что в каждом движении Лёши сквозит ярость, они боли не причиняет. Его напряжённая плоть растягивает губы, а вкус моего мужчины разливается на языке.

И я забываюсь. Снова с ним забываю обо всём. Вскидываю руку и обхватываю пальцами член мужчины. Срываю с его губ глухой стон.

— Сука, — рычит он зло.

Резко разворачивает меня, до боли впивается пальцами в бёдра и вонзается в меня. Двигается быстро, берёт меня, не заботясь о моём удовольствии. Наказывает меня за то, чего я не делала. Я поднимаю руку, чтобы провести пальцами по его лицу, разгладить хмурую складку. И плачу, когда у меня это не выходит. Когда он резко дёргает головой и уходит от прикосновения.

Оргазм выходит горьким. Я достигаю пика, но вместо стона наслаждения из груди вырываются горькие всхлипы.

Лёша покидает моё тело. Прижимает член к животу и изливается на кожу. Размазывает сперму по животу, после чего резко отталкивается руками от столешницы. Отворачивается и рваными движениями натягивает на себя одежду.

— Свободна. Пошла нахуй из моего дома.

— Лёшенька, послушай, — говорю тихо, прикрываясь халатом и сползая со стола.

Разворачивается. Превращает меня в пепел своим взглядом, полным ненависти.

— Я сказал тебе, что предательство не прощаю, — рычит, со всей силы сжимая волосы на моём затылке. — Я бы убил тебя, если бы... Пошла вон! Если ты через пять минут не покинешь мой дом, я тебя убью.

Одергивает брезгливо руку и отворачивается. Нервным движением проводит пальцами по волосам, ероша их. Закусываю искусанную до крови губу и подхожу к Лёше, приняв для себя решение.

— Я не ясно сказал? — ледяные глаза пугали бы, если бы я так сильно не любила их холод. — Убирайся. Я разрушу тебя. Твою жизнь.

Его трясёт от ярости. От ненависти. Поднимаю руку, подушечками пальцев со всей нежностью и любовью провожу по колючей щеке. Он застывает. Не дышит.

— Прощай, Лёша.

Прижимаюсь губами к грудной клетке мужчины, в последний раз втягиваю его запах и ухожу. Стараюсь идти с ровной спиной, чтобы он не понял, что только что убил меня. Разорвал на части своим неверием.

И как только оказываюсь за дверью, спиной прижимаюсь к стене и руками закрываю рот, чтобы заглушит всхлипы. Ноги подкашиваются. Я готова сползти на пол и выть. Но у меня на это нет времени. Я знаю, что мужчина не солгал. Если я не уйду, он меня не выпустит из дома. Поэтому я иду в комнату и быстро одеваюсь.