Книга Бывшие. Притворись моей женой, страница 77 – Татьяна Катаева

А она что?! Соглашается?! Её ответ словно пощёчина. Но не по лицу, а в сердце. Меня так шатнуло, что пришлось отступить на шаг. Еле на ногах удержался. Как так?! Моя незабудка готова спать за деньги?

Как тогда в прошлом...

На улице меня лихорадило. План со свадьбой вырвался сам собой. Мне нужно было поднимать ставки. Не знал, чем это обернётся, но поднимал. И дело не в деньгах, мать его. Они есть, и в ближайшие годы я уж точно не подохну из-за их отсутствия. Дело было в ней. Она просила деньги ради любимого человека. Ради какого-то нищеброда, которому похрен, будет спать она с кем-то или нет.

А мне не похрен. Моя блядь!!! Удушу эту тварь, только стоит добраться до него. Правда не сейчас. Потому что первоначально нам надо сыграть свадьбу, а после... Она не сможет от меня уйти. Я не позволю. Буду держать силой, если понадобится. За люблю.

А гордость? — спросит меня разум. А что мне ему ответить. Нет, гордости. Сам пожелал её на пьедестал пожертвования, стоило снова её видеть. Тогда, через лобовое стекло. Уже тогда себя приговорил, хотя внушал, что держусь. Нет, нихрена не держусь. Паскудно, что хоть волком вой.

По возвращению я лишь хотел обсудить новые пункты соглашения. Но стоило увидеть её у плиты... Клянусь, словно что-то щёлкнуло в голове. Механизм сработал и произошла детонация мозга, и двинуло на неё. Я не собирался пользоваться её предложением тела. Потому что я не собирался его покупать. Мне нужна она добровольно. Да, я веду двойную игру. Но увы, Настю по-другому мне сейчас не вернуть. А я вижу, как она на меня смотрит... Пусть холод излучают глаза. Плевать. Я вижу глубже. Куда глубже.

А потом руки тянутся к её плечам. И всё, тумблер уже было не выключить. Я вмиг завёлся. Дурманом покрылись мои глаза. А её запах заполнил ту пустоту, что эти годы была внутри.

— Ах...

Ну что за мелодия может быть прекрасней? Что за стон? Нет такого. В жизни не слышал, и уже не услышу.

И потерялся. Забылся. Сошёл на неправильный путь. Мне до смерти хотелось снова почувствовать её. И вкус, и тепло внутри и отдачу, с которой она будет принимать меня внутри себя. И когда пальцы почувствовали пушок и влагу, крышу снесло окончательно. До самых, мать его, краёв. Пальцы имитировали половой акт, а рот насиловал её рот. И мне уже было хорошо. Уже было на этом этапе достаточно. Потому что она отвечала. Она хотела. Она поддавалась. И кто бы ни был её парень, сейчас, в эту секунду, она текла для меня.

— Настя, скажи, что ты хочешь, чтобы я тебя трахнул... Скажи это...

Мне нужно было её согласие. Без него не мог переступить грань. Я не могу снова взять её, как тогда. Я должен был быть другим. И пусть меня разрывало на части, а сердце вырвалось из груди. Когда она сказала "не хочу", я отступил. Я так сильно сжал виски, что казалось мой казанок лопнет.

— Хорошо, — только и смог ответить и уйти в сторону ванной. Но я не стал самоутверждаться. Нет. Это слишком легко и просто. А мне нужна она. Я хочу быть в ней, когда она в следующий раз кончит. Я хочу кожа к коже. Плоть к плоти. И это будет. Обязательно. Либо я не Назар Демченко.

— Да, вот так вот. Улыбнитесь, прошу вас, — словно сквозь вакуум слышу голос фотооператора. У меня сильно болит голова, и постоянно тошнит. Это всё нервы и нежелание быть сейчас тут. В центре внимания всех этих людей. Незнакомых, но таких навязчивых, что хочется просто наброситься на них. Попросить, чтобы отстали от меня. Исчезли. Испарились. Всё что угодно, только пусть не трогают меня.