Книга Бывшие. Притворись моей женой, страница 70 – Татьяна Катаева

— Это не даёт тебе право вмешиваться в мою жизнь, — в противовес своим чувствам говорю я. Иллюзии — иллюзиями, но надо смотреть правде в глаза. Я всего лишь подставная невеста, не более.

— Что, боишься, что парень приревнует? — замечаю, как меняется его голос. Как напрягаются мышцы рук и костяшки пальцев белеют, ведь он так сильно сжимает руль. Не будь всё так наиграно между нами, я подумала бы, что он меня ревнует.

— Может и боюсь.

— Настя, он тебя обижает? Скажи мне правду. Я разберусь с ним, — сжимает челюсть и переводит взгляд на меня.

— И как же? Морду будешь бить?

— Если надо будет, то буду! — твёрдо отвечает он.

— А мне сейчас это уже не надо. Два года назад надо было наказывать моих обидчиков.

— Что ты хочешь этим сказать? — останавливает он машину возле огромной многоэтажки.

— Ничего не хочу. Куда мы приехали?

— Ко мне домой.

Что? — кричит моё подсознание. Что я тут забыла спустя два года.

Руки сжимаю на коленях и всё также не шевелюсь. Глаза свои уставила прямо и смотрю в одну точку. Смутно помню двор возле его дома, но квартиру... Я не могу туда подняться. Я не готова.

— Настя? — его тёплая ладонь касается моего плеча, и я вздрагиваю. Оказывается, он уже стоит возле пассажирской двери и ждёт, что я выйду. А я не могу заставить себя. Не могу. — Пойдём, — протягивает он мне руку. Он не спрашивает, он утверждает. Пусть и не давит и не заставляет, но я всё так же чувствую его влияние на себя. Не могу скинуть этот груз. Девочка, которая готова была ради него на всё.

— Зачем мы тут? — пытаюсь говорить уверенно, но клянусь, у меня дрожит голос. А вдруг он потребует плату телом? Я не могу... Не так...

— Настя, — хватает он меня за руку и резко тянет на себя. Я вылетаю из машины и выравниваюсь. А что ещё хуже, замираю в его объятиях. — Ты меня что, монстром считаешь?

Я смотрю в его глаза и пытаюсь подобрать ответ. Подобрать? Зачем? Он два года назад слов не подбирал. Рубил так, что без крыльев осталась. Чего раскисла, Изюмова? А ну собралась.

— А разве ты им не являешься? — пытаюсь оттолкнуть его, но Назар крепко держит меня в своих объятиях. — Или ты снова временно играешь роль хорошего мальчика, как в прошлом?

— Я не играю. Мне плевать, что обо мне подумают другие. Но мне важно, что думаешь ты.

— Правда? А что ж ты два года назад не спросил, что думаю я и что чувствую, когда выгонял? Да тебе плевать было на меня и мои чувства.

— Это не правда, — рычит он. — Не плевать.

— Ага, слышали, знаем, проходили, — устало выдыхаю.

— И тебе не плевать, что я подумаю о тебе! — скорее в надежде говорит, чем со злости. Уверенности как-то совсем не слышно.

— А вот тут ты ошибаешься. Плевать! Ведь если бы это было не так, я бы не просила у тебя ещё денег. А так — я прошу. Мне нужны ещё деньги. В два раза больше! — еле нахожу силы выговорить это. Гордость растоптана. Мне так паскудно. Даже хуже, чем когда Даня деньги совал. Тогда я ведь не виновата была. А сейчас... Я требую денег, как будто он обязан мне их дать.

— Вот значит как? — отступает он на шаг и отворачивается. Долго молчит, а потом всё-таки спрашивает. — Зачем? У тебя проблемы? Скажи мне.

— Проблемы у любимого человека. Я любой ценой должна их решить.

— Любой ценой? — резко поворачивается и за руку меня снова хватает, в объятиях свои душит. — И трахаться со мной за деньги будешь? — вопросом своим меня дар речи лишает. Ответ губительный на губах застывает. А рука в воздухе замирает.