Книга Последний вздох, страница 98 – Эмма Пиньятьелло

В горле запершило, глаза защипало, и как она ни старалась, сдержать прилив эмоций не смогла.

Неужели она плачет?

— Нелла?

— Я здесь. – Голос предательски дрогнул. – Спасибо, – только и смогла выжать она из себя, после чего положила трубку и уставилась на телефон.

Ты мой друг, Нелл.

Черт. Нельзя так срываться. Грей ничем ей не обязан. Он не работает на ее семью. Его не шантажируют, ему не предлагают бешеных денег за выполнение ее поручений. Он не ищет славы или подписчиков в соцсетях, не ищет поддержки для собственных деловых начинаний. Он хочет помочь ей, потому что она – Нелла. Потому что она ему нравится. Потому что он ее друг.

Теперь она точно знала, как сильно облажалась этим вечером.

Нелла включила свет в главном офисе, протянула Перл плитку апельсинового шоколада из аварийного запаса в холодильнике и внезапно поняла, что обязана сделать.

Испытание № 20 (Каждый должен научиться плавать самостоятельно. Можно направлять друзей и помогать им держаться на плаву, но в конце концов нужно дать им возможность самим во всем разобраться).

Она должна убедить Джетта, что ему не обязательно уезжать из Бинди-Бинди. Не обязательно запрещать себе оглядываться назад. Ей нужно быть ему другом. Нужно показать, что она не та эгоистичная, избалованная девчонка, с которой он встретился на том балконе пятнадцать лет назад.

Она – та, ради кого стоит остаться. Лука, Том, Грей и Макс – те, ради кого стоит остаться. Она должна убедить его, что то ужасное напоминание, которое он набил у себя на руке, – неправда. А чтобы Джетт понял, что не может просто сбежать, нужно, чтобы случившееся в офисе Кларксона никогда, никогда не повторилось.

Испытание № 7 (Не шути с океаном – никогда не спи с другом).

Суровый лик взирал на Неллу с таким осуждением, словно Дева Мария читала все ее грешные мысли. Руки Джетта на ее бедрах; его щетина, царапающая подбородок; запах кожи и перца; крепнущая сила его желания…

Друзья. Они друзья. Она должна убедить его в этом. Должна убедить в этом себя. А друзья не допускают таких мыслей. Тем более в церкви. И уж точно не тогда, когда они собираются совершить самое нелепое ограбление из всех, какие только бывают. Ограбление, разрешение на которое они намерены спросить.

— Антонелла? – Голос Маттео Ла Маркас, щедро сдобренный итальянским акцентом, эхом отскочил от каменных стен. Вместе с ним в дверном проеме появился Грей, за ним Макс и Ариана Ла Маркас. В затуманенном недосыпом сознании Неллы они предстали самой странной свадебной процессией, которую когда-либо видели в этом церковном проходе.

— Почему моя дочь здесь? – спросил Маттео, преклонив колени перед алтарем. Нелла с удовлетворением заметила, как дрожат его руки, когда он осеняет себя крестным знамением.

— Ей двадцать пять, Маттео, и она уже научилась ходить самостоятельно, – заметила Нелла.

— Не могу сказать, что пришла сюда добровольно. – Ариана сердито посмотрела на Макс, которая отошла куда-то вправо, словно проникнувшись вдруг благоговейным восхищением перед картиной «Тайная вечеря».

— Разве к твоей голове приставлен пистолет, как тогда, на гала-шоу? – спросил Грей.

Ариана вздрогнула – золотистый луч солнца упал на ее лицо, и голубые глаза сверкнули сдержанным гневом, как сапфиры, заточенные в темницу обручального кольца.