Книга Последний вздох, страница 135 – Эмма Пиньятьелло

Что-то громыхнуло позади них, и они обернулись. Лука, пошатнувшись, врезался в бак пекарни, и металлическая крышка с грохотом упала на землю.

— Лука… – Нелле удалось оттолкнуть Тома, и созданный воображением образ – его руки затягивают ремень на горле Кларксона – мгновенно растаял при виде бледного лица и затуманенных глаз младшего брата. – Лука, я не это имела в виду…

— Не извиняйся передо мной, – не без труда выговорил Лука. – Какая речь! Ты всегда была лучшей по части слов. Папа гордился бы тобой, Нел! Я не слышал ничего подобного с тех пор, как его не стало. Но ты будешь рада узнать, что результат теста на отцовство готов – отец не я. – Он рассмеялся и, прислонившись к кирпичной стене, с удивительной ловкостью закурил сигарету.

У Неллы словно ком набух в горле.

Папа гордился бы тобой. Чтобы ранить сестру, Лука выбрал самый острый нож в своем арсенале. И это была правда.

Она шагнула к нему, но ледяной холод в его глазах сковал то теплое, человеческое, что еще оставалось в ней.

— Я думал, ты в машине. – Хрипотца еще звучала в голосе Тома, но слез как не бывало. Даже он, не замечавший границ, понимал, что они только что пересекли черту.

— Ты забыл поставить замок на моем детском сиденье. – Лука щелчком запустил сигарету в кучу мусора. – Я только потому ослушался твоего приказа, дорогой братец, что полиция в данный момент арестовывает сотрудника нашей сестры – того парня с хвостиком, как у поп-звезды, который нашел Кларксона. Подумал, тебе стоит знать.

Услышав слова Луки, Том оттолкнул Неллу и побежал обратно по лестнице в ее офис.

Не глядя на нее, Лука развернулся и побрел прочь. К тому времени, как Нелла достигла конца переулка, его и след простыл.

Она наконец сделала это. Получила то, чего всегда хотела. Осталась одна.

Даже Джетт, который по собственному признанию выживал на объедках семейной ласки и любви, чувствовал свой долг перед Кевином – человеком из его прошлого, взявшего на себя роль «семьи». Была ли она лучше тех мерзавцев, которые запирали его, резали, ломали и тушили о него сигареты? Они не имели понятия о семье, о любви. Была ли она такой же для тех, кто на нее полагался?

Лицо Луки, то, как он посмотрел на нее только что… что-то в его выражении укололо ее в сердце. И хотя она изо всех сил старалась не думать о Джетте, она не могла не видеть его в Луке, в том мальчике, неприкаянном, нелюбимом, не знавшем ласки и не имевшем места, которое можно было бы назвать настоящим домом. Джетт смог выкарабкаться, добиться успеха, а вот Лука был, похоже, потерян. Но ведь у Луки было то, чего никогда не было у Джетта, – он имел семью. У него были Нелла и Том и, может быть, иногда, мать. Рождение младшего сына едва не убило Витторию, и родители, похоже, так и не простили его за это.

Нелла не могла позволить, чтобы Лука пошел по пути Джетта – перекати-поле, человек без корней, без привязанности к дому. Она не могла потерять их обоих.

Она посмотрела на свой офис, подумала об экране с застывшей на паузе записью, и кол в ее сердце вонзился глубже.

Теперь она знала, что должна сделать.

— Они ее получили.

— Запись с видеорегистратора? – уточнил Джетт.

— Ага. – Оба вспотели, но ни тот ни другой не сдавался.

Джетт уже чувствовал, что ему будет не хватать этих предрассветных тренировок в «Бинди Боди Барн»^[27] – название заведения намекало на то, что здесь можно обрести идеальные формы, а не на то, что здесь хранят трупы.